мужчина? — Русалка разговаривала, словно умудренная годами женщина, хотя была моложе собеседницы. — Он мне нужен любой. — И это было чистой правдой. — Хорошо, спрошу по-другому: ты будешь счастлива, если твой мужчина несчастен? — Нет. — Значит, остается всего один вариант. — Какой? — спросила и подумала: «Когда-нибудь этот разговор закончится, или она так и будет терзать меня всю ночь?» — Женить его сразу на обеих. — Русалке не давали покоя слова провидца, и она долго над ними размышляла. Ей, как любой женщине, конечно, претило делить любимого с кем-то еще, но и потерять его девушка не была готова. Она отыскала один-единственный выход, который требовал переступить через себя, почти как тогда, при «принуждении к миру» с ненавистными подругами. Опять же, хорошо зная себе цену, она надеялась позже исподволь, ненавязчиво отодвинуть соперницу на вторые роли. Средства борьбы у нее имеются, настойчивости не занимать — авось образуется… После таких слов Ларике показалось, что она попала в театр абсурда в качестве исполнительницы главной роли. Ей даже в кошмарном сне не могло привидеться подобное — добровольный гарем вдали от знойного Востока. Вначале она хотела сказать «подруге» все, что думает по поводу ее варианта, но побоялась не сдержаться и мысленно начала считать до десяти. А на цифре «три» весь ее запал куда-то исчез. Девушка вдруг вспомнила, что трижды могла стать для Дмилыча больше, чем другом, но так и не стала. И, вероятно, причина была в ней самой… А еще она вспомнила, как пыталась выживать в этом мире без него, когда считала погибшим. Это была не жизнь, а пытка. Жить снова вдали от любимого она бы не смогла. — А он согласится? — понимая, что молчание затянулась, спросила Ларика первое, что пришло в голову. — Ты в курсе, что Дмилыч сегодня стал десятником? — вместо ответа задала неожиданный вопрос Русалка. Рыжая глянула в интерфейс: — Теперь — да. И что с того? — По статусу ему позволено иметь двух женщин. — Две? Откуда такие правила? — Ларика совсем запуталась. — Я ничего об этом не знаю. — Сколько ты в Рубежье? — Три года. — А я — с рождения, поэтому негласные законы мне известны, — Русалка старалась не выдать истинной причины их разговора и сейчас импровизировала. — Так что он все равно когда-нибудь приведет в дом вторую. И лучше, если это будет девушка, которая его по-настоящему любит, а не какая-нибудь вертихвостка. «Вроде тебя?» — подумала Ларика, но вслух спросила: — Думаешь, Дмилыч на такое пойдет? — Смотря, какие аргументы приведем. Но сначала