– Что у вас случилось?
– Яр пропал!
На лице храмовника был страх, но было что-то еще, что заставило меня напрячься.
– Но это ведь не все?
Иван замялся, посмотрел по сторонам, нет ли кого рядом, а потом шагнул близко-близко. За такое близко Ивар бы ему уши надрал, но я даже не отступила, понимая, что произошло что-то более важное.
– Малуша говорит, что он к бомбру пошел. Никто из деревенских не верит, они бомбров считают выдуманными. Но я-то тебя знаю, ты еще и не в такие неприятности попадала. Скажи, он точно пошел туда? Не в лесу заблудился, не объелся кислой клюквы на болоте?
Сердце застучало быстрее, говоря о том, что вот он тот пожар, который ждал меня дома.
– Скорее всего пошел, – выдохнула я. – Родители Малуши и Яра общались с ним, когда были живы.
– Ох, не хорошо, не хорошо это.
Иван стал более дерганным, затоптался на месте, на лбу появились капельки пота.
– Говори быстро, что еще случилось?
– По поверьям крестьян бомбр живет на западной стороне леса. Мне постоянно приходят письма из Храма Святого Заннудия, где открываются новые прорывы.
– И именно там он и открылся.
Я представила, что дикие гролли, которые не жалеют даже взрослых мужчин и сильных воинов, прорвались на наши земли, да еще там, где живет недоразвитый бомбр, а с ним маленький мальчик, мне стало плохо. В этот момент над нами зашелестели широкие крылья, и опустился черный ворон. Кажется, он стал намного больше, чем раньше, потому что на его спине сила испуганная Малуша. По крылу она съехала на землю, а Ивар принял свой человеческий облик.
– Как понимаю, ты уже в курсе про Яра и бомбра? – недобро посмотрел Ивар на храмовника. – Давай на метлу и летим спасать ребенка. Малуша покажет дорогу.
– А ты в курсе про прорыв в этом месте? – указала я на Ивана, а тот приосанился и задрал подбородок.
– Прорыв? – Ивар прожег взглядом храмовника.
– Гролли прошли именно там, где живет бомбр. Малушу брать не будем, одного ребенка в опасности нам хватит.
Я вскочила на метлу, но Малуша бросилась ко мне и вцепилась в ногу.
– Пожалуйста, возьмите меня. Я знаю, где живет бомбр, он вас со мной не обидит. И Яра помогу забрать.
Мне оставалось только покачать головой. Я посмотрела на Ивана, и он понял меня без слов, подхватил Малушу на руки и отнес в сторону. Девочка выбивалась изо всех сил, молотя ручками по спине храмовника. Я ее понимала, Яр – единственный из семьи, кто остался в живых. Наверное, я бы тоже рвалась всеми силами помочь родным. Но я слабо помнила отца и мать, уж слишком рано они ушли из жизни. Поэтому подвергать ее опасности еще раз я не могла. Взлетев вслед за Иваром, я направила метлу к западной стороне леса. На лету почувствовала, что мой карман зашевелился, и оттуда вылезла Шуша.