Во время этой прогулки мои глаза сканировали всё: вывески, одежду людей, их оружие… Я уже чётко видел, что город делился на части: здесь, у ворот, была зона бедноты и ремесленников, дальше, вверх по склону, виднелись более аккуратные дома с черепичными крышами, а на самом верху, у подножия здоровенных башен, белели стены богатого квартала, куда не было хода таким как я.

Бродяг тут действительно не любили — пару раз, прямо на моих глазах, стражники в синих плащах грубо поднимали с земли каких-то обтрепанных типов и куда-то их уводили, по пути старательно несколько раз роняя.

Чтобы не пополнить их ряды мне была необходима работа, вот только где её найти? Ходить по городу и предлагать свои услуги как мастера по «созданию направленных световых потоков» или «локализации гравитационных аномалий»? Так я и ойкнуть не успею, как стражники попытаются определить меня в застенки, а такого гостеприимства мне хотелось бы избежать.

Тем временем я вышел на небольшую грязную площадь, заставленную многочисленными лотками, которые ясно показывали на то, что я нашёл местный рынок. Только вот этот рынок совсем не предназначался для гостей города, а был скорее для своих. Тут продавали овощи, дешёвую глиняную посуду, связки лука, старую одежду… А в самом дальнем конце площади, у стены какого-то амбара, копошилась толпа разумных, явно что-то рассматривая.

Покупать мне тут было нечего, а потому, прежде чем уйти, я решил утолить своё любопытство и подошёл к толпе, после чего увидел, что на стене висела огромная, потемневшая от времени и непогоды дубовая доска, испещрённая пришпиленными клочками бумаги, бересты и даже просто нацарапанными надписями на грифельных табличках.

Это была самая настоящая доска объявлений, и именно эта штука должна была мне помочь найти способ задержаться в этом городе.

Я бесцеремонно начал проталкиваться сквозь толпу, и через пару минут подобрался на такое расстояние, что оказался вполне способен прочитать написанные объявления. Большинство записей были сделаны корявым, неграмотным почерком, но язык, к счастью, был тем же ауритинским, хоть и с сильным местным акцентом в написании.

«Пропала коза. Рогатая, серая. Нашедшему — благодарность в виде кувшина молока. Подробности спрашивать у Марты около колодца».

«Требуется подмастерье в кузницу. Сильный, не пьющий. Спрос строгий».

«Меняю три меры овса на добротные сапоги, 42-й размер».

«Нужны руки для разгрузки баржи у южного причала. Оплата по окончании, 5 медяков».

Я просматривал объявление за объявлением, оценивая весь ассортимент предложения, и не находил того, что мне нужно. Разгрузка баржи — слишком много людей, слишком публично… Кузница — требуется опыт или хотя бы сила, которой у меня, по легенде, не было… И тут мои глаза наткнулись на то, что было создано как раз под мои нужды: