— Н-не думал, что ты появишься, — злорадно усмехнулся Жак, пробегая мимо, — р-рыбу-то принес?

— Принес.

Марвин прошел к кухне, сопровождаемый десятком любопытных глаз остальных поваров, наблюдавших за соревнованием. По потушенному свету в зале Марвин понял, что ресторан был закрыт для посетителей. Все основные гости собрались на кухне для того, чтобы оценить мастерство двух поваров. Он положил рыбу на разделочный стол и приготовил все инструменты для работы. Аннет крутилась рядом, трогая рыбу пальцем, беря в руки ножи и пробуя пальцем их на остроту.

— Положи, порежешься, — Марвин вынул из ее рук чистку для чешуи. — Лучше принеси миску, будешь складывать туда требуху.

— Фу, — скривилась Аннет, но за миской все-таки сходила.

— Марвин, — раздался голос шефа, — ты, часом, не перепутал сома и рыбу фаби?

Конец фразы потонул в общем гоготе поваров, особенно надрывно смеялась команда Жака.

— Думаю, вы увидите рыбу фаби в оригинальной подаче.

— Как в оловянном солдатике, — встряла Аннет, — она внутри этой большой рыбы.

Шеф неодобрительно посмотрел на девочку, но отошел в сторону и продолжал смотреть за работой всех поваров. Марвин быстро очистил сома, аккуратно вспорол ему брюхо, достал все лишние внутренности, сложив их в миску скорчившей противную рожицу Аннет. Наконец, рыба, сдобренная приправами, заложенная овощами и обернутая в фольгу, отправилась в духовку. Марвин засек время и отошел в сторону, готовя закуску. Он потянулся к корзине с овощами, привычно стоявшей около его рабочего места, но рука его ничего не нащупала. Зато Жак улыбался и быстрыми движениями нарезал сельдерей.— Аннет, — повернулся он к дочери, — принеси из подсобки корзину с овощами.

Девочка кивнула и исчезла за большой тяжелой дверью. Не успела она закрыться, как в зале ресторана раздался грохот и шум разбитого стекла. Все вздрогнули и повернули головы к вращающейся двери, отделявшей их от источника шума. Дверь не качнулась, даже тогда мощный удар выбил ее с петель, в том же положении припечатав к противоположной стене. Повара отшатнулись, пропуская высокого накачанного мужчину с небольшим пулеметом в руках. Бицепсы его переливались в лучах кухонных ламп, будто были изобильно намазаны маслом. Жилетка, единственная, находящаяся на его торсе, еле прикрывала плечи и была явно мала.

— Это же Рембо, — с широко раскрытыми глазами проговорил один из поваров.

Марвин присмотрелся, он не особо любит боевики, но знаменитых актеров прекрасно знал. Перед ним стоял герой из фильма. То, что это не актер, Марвин понял почему-то сразу. Вероятно, гнев в глазах, и неадекватное поведение, давало понять, что актеры не могут выбивать двери в ресторанах.