— Говорят, надо остановиться у обочины, заглушить двигатель, бросить ключи на землю, выйти из машины и лечь на землю, положив руки на затылок, — усмехнулся Смит.

— Они чё, охерели? — удивился Жека.

— А что ты хотел? — ответил Смит. — Они всегда так делают. Недалеко совершено тяжкое преступление со стрельбой, сейчас будут тормозить всех подозрительных. А мы подозрительные, потому что едем как раз с того направления. Придётся немного пошалить — в гостиницу мы не можем вернуться с копами на хвосте. Ты пристегнулся? Держись! И пригни голову — сейчас в нас будут стрелять без предупреждения.

Пока Смит говорил, полицейские вышли из машины и встали перед ней, широко расставив ноги и вытянув вперёд руки, сжимая в них пистолеты.

Смит резко нажал на педаль газа. Машина утробно взревела и тут же с визгом шин и пробуксовкой тронулась с места, оставляя клубы чёрного дыма от горящих покрышек. Миновать полицейскую машину, заблокировавшую выезд, по дороге было невозможно, для этого Смиту пришлось выруливать на тротуар. Бордюры на нём были небольшой высоты — всего сантиметров пять, поэтому «Импала» лишь слегка подпрыгнула, когда с визгом шин промчалась мимо полицейской машины. Естественно, полицейские открыли стрельбу — Жека почувствовал, как пули барабанят по корпусу машины. Посыпались задние стёкла. Но тачка уже набрала скорость и быстро миновала участок обстрела.

Виляя, Смит выехал на дорогу, выровнял машину и припустил влево по освещённой широкой улице между пылающих огнями и рекламами многоэтажек, то и дело обгоняя едва плетущиеся тихоходные корыта. Он поехал в сторону Бруклина и Манхэттена! Совсем в другом направлении! Даже Жека это просёк!

— Мне кажется, мы едем немного в другом направлении, — неуверенно сказал Жека.

— Всё верно! — кивнул головой Смит, внимательно глядя на дорогу. — Мы не можем вернуться в гостиницу прямо сейчас, с копами на хвосте и в этой пропахшей говном униформе. Людей в этой форме ищут по всему Квинсу. Возможно, копы уже нанесли визит в ту контору, где мы её взяли и где оставили двоих связанных задохликов. Плюс ещё добавились те, что сейчас висят у нас на хвосте. Нам нужно где-то привести себя в порядок, переодеться и вернуться в гостиницу как добропорядочным гражданам. Честно признаюсь, нам там делать нечего — единственное: документы и деньги лежат. Если бы не это, я бы уже сейчас припустил в какой-нибудь мотель на окраине и там отлежался пару дней, попутно изучив видеокассеты.

Это всё прекрасно, но минусом было то, что на хвосте, метрах в двухстах, завывающая полицейская машина, к которой чуть позже присоединилась другая. Попетляв по Бруклину, Смит резко повернул вправо, заехал в тоннель, идущий под широкой автотрассой на бетонных опорах, потом описал большой круг вправо с подъёмом вверх, освещая фарами высокие бетонные отбойники, разрисованные граффити, и выехал на полосу разгона широкой трассы, ведущей на громадный ярко освещённый мост, прокинутый через протоку шириной около километра, посреди которой находился длинный остров, застроенный высокими домами. Мост шёл прямо над домами острова. По протоке проплывало несколько больших и малых судов, освещавших яркими фарами тёмную воду. За протокой и островом высились светящиеся разноцветными огнями небоскрёбы Манхеттена.