на стаканчик из-под бровей. Потом переводит взгляд на меня. — Я не буду из этого пить. — Почему? — я стараюсь, чтобы голос звучал невинно. — Тебе же черный, без сахара. Всё как просил. Он молча смотрит на стаканчик. Потом на меня. В этом взгляде — вселенная ледяного презрения. — Ладно, — вздыхаю я, забирая стаканчик. — Подожди секунду. Я сейчас. Иду обратно к стойке. Кассирша, увидев меня, уже не скрывает ухмылки. — Можно мне новый стаканчик? — прошу я. — Только без надписи. Она кивает, быстренько переливает кофе в новый, чистый стаканчик. Я возвращаюсь и ставлю перед ним. — Держи. Он берет стаканчик. Ни спасибо, ни кивка. Просто берет и отворачивается к окну. Я сажусь напротив. — Спасибо, — говорю я. — Что согласился. Он молчит. Листает что-то в интернете. Как же это унизительно. Сидеть тут, пытаться пробить стену, а в ответ — ноль. Но при этом... Аж еще хочется. Что за мазохизм? — Ты всегда такой разговорчивый? — не выдерживаю я. — Всегда. — И как тебе так живется? Он медленно переводит взгляд с телефона на меня. Смотрит в упор. — До тебя было прекрасно. Я делаю глоток кофе и смотрю на него без стеснения. Он красивый. Очень. Даже когда хамит и игнорирует. Особенно когда хамит и игнорирует. Да что со мной не так? — Что делаешь? В сетях сидишь? — не сдаюсь я. — Работаю. — Кем? — Никем. — Круто. А где учатся, чтобы стать никем? Он кривит губы. Не улыбка — так, тень раздражения. — Если скажу кем работаю, помолчишь хотя бы пять минут? — Да, — киваю я, и правда замолкаю. Интересно же. Он выдерживает паузу. Смотрит в окно. Потом цедит сквозь зубы: — В ночном клубе. Менеджером. — Круто! — вырывается у меня, прежде чем я успеваю заткнуться. — Любишь ночную жизнь и клубы? — Ненавижу. — Тогда зачем работаешь там? Он выгибает бровь. Смотрит так, будто я спросила, зачем он дышит. — Хорошо платят. Логично. Мы сидим в тишине. Я пью свой латте с карамелью, он — свой горький черный. Телефон отложил, но смотрит в окно. На меня — ноль внимания. Смотрю на экран телефона. Пять минут уже прошло. Ура. — У тебя классная татуировка, — киваю на его руку с абстрактными линиями. То ли грозы, то ли ветки дерева. Фиг пойми. — Что она означает? — Ничего. — Просто так набил? — Просто так. Я вздыхаю. Разговор — как вырывание молочных зубов. Но почему-то меня это не бесит. Наоборот, заводит еще больше. — Ладно, — говорю я, допивая кофе. — Спасибо, что составил компанию. Ты сдержал свое слово, я — тоже сдержу. Отстану. Встаю, забираю пустые стаканчики, чтобы выбросить. Уже у двери оборачиваюсь.