— Мы погибнем! Мы погибнем!

— Нет, Аки, иди сюда… Держись за меня!

Танк остановился не сразу — какое-то время он еще рычал, кашлял и подвывал, но с каждым разом все тише. Он как будто двигался на последнем издыхании.

Нам кое-как удалось забраться в кресла и пристегнуться, но даже так не удержаться, разбив себе голову оказалось непросто. Аки сжимала мою руку, кусала губы и пыталась поймать мой взгляд. Ее губы двигались, но разобрать то, что она говорила, было невозможно.

Тогда на помощь пришла Метта:

— Илья, она говорит, что любит тебя. Она говорит — я люблю тебя.

Я кивнул и улыбнулся обеим. Очень хотелось поцеловать ее дрожащие губы, шепнуть на ухо то же самое, но так мы рисковали точно расквасить себе носы.

Наконец, дернувшись еще несколько особо мощных раза, танк «умер». Поветрие же и не думало униматься. Ее бесплодные попытки до нас добраться завершились спустя целый час. Все это время мы с Аки сидели на полу, обнявшись, и не проронили ни звука.

* * *

Когда болтанка закончилась, Мила почувствовала, что жива. Потом ее вырубило, но вскоре сознание снова навалилось на нее, прижав к земле. Она с трудом открыла глаза и еще долго ощупывала себя. Она была вся мокрой, дрожащей, а еще помятой словно старая игрушкой. Но кажется все кости были целы.

Вокруг темнота. Сплошная темнота… Где она? Где?..

— Очнулась? — и неподалеку вспыхнул огонек. — Поднимайся, только медленно.

Огонек разгорелся и осветил лицо. Тоже мокрое, все в ссадинах и осунувшиеся, но живое. Свиридова закурила.

— Юлия? — и Мила огляделась. Кажется, они были в какой-то пещере. — Что?.. Что случилось?

— Мы выжили, девочка, — сказала Свиридова, опускаясь рядом. — И это главное. Будешь?

Она протянула ей портсигар. Внутри была одна единственная сигарилла.

— Покури вместе со мной, милая. У нас с тобой, как никак, второе рождение.

* * *

Упала тишина, и мы принялись выбираться, словно слепые котята. Но стоило мне потянуться к люку, как по броне кто-то прошелся, а затем с той стороны раздался стук.

И довольно деликатный.

Я было подумал, что это кто-то из наших, но потом вспомнил нашу «веселую» поездочку и потянулся к мечу. Учитывая с какой скоростью несся танк и как долго мы тряслись в этой душегубке, отъехали мы на порядочную дистанцию, а значит…

Поймав испуганный взгляд Аки, я шепнул ей:

— Чуешь опасность?..

Она покачала головой.

— Ни одного варианта.

Я вздохнул. Ну хоть так…

Открыв крышку, я выглянул наружу. Вечерело, небо было чистое как стеклышко, и лишь крохотные облачка тянулись по звездному небу. Мы стояли на поляне, заросшей колючками и лишаем, вокруг не было ни одного деревца. Человеческой техники тоже не было видно, как и наших, а вот юдов с чудами, да. Их были сотни.