После станции Коломенская поезд вынырнул из тоннеля метро и поехал по мосту через Москву-реку. Всегда здесь открываю глаза, чтобы полюбоваться открывающимся видом. Рядом стоят два худых молодых кавказца, не видел, где зашли. Пьяные в дымину или под наркотиками — качаются, движения плавные. Один из них достал сигарету, открыл верхнюю форточку в раме и достал зажигалку, собираясь закурить.

— Эй, парень, здесь курить нельзя, — обратился к торчку.

Тот попытался сфокусировать на мне взгляд, но не преуспел. Махнул рукой, типа, братан, всё в порядке, и начал чиркать зажигалкой. Шагаю к нему, выхватываю изо рта сигарету и бросаю под ноги. Когда до затуманенных мозгов парня дошло, куда делась сигарета, он попытался меня ударить. Я с Ильюхой на равных спаринговался, а здесь ни подготовки у торчка, ни реакции. Перехватил его руку и вывернул за спиной. Кавакзец упал на колени, скрючившись в позе «чего изволите?» Всё это произошло достаточно быстро, и его приятель только начал реагировать: достал из кармана выкидуху и качнулся ко мне. Вдруг сбоку от него встал плотный мужчина славянской наружности. За полтинник, невысокий крепыш — он сидел рядом с полноватой тёткой примерно его возраста. Мужик ударом по руке выбил нож у второго кавказца и дал ему по шее, сбивая с ног. Когда тот завизжал и бросился мужику в ноги, он просто навалился на утырка и взял его на удушающий. Его жена так ни слова и не произнесла, только смотрела одобряюще.

Так мы и доехали до Автозаводской. Двери открылись, кто-то из пассажиров сообщил по связи с машинистами о драке в вагоне, и поезд встал, дожидаясь наряда милиции. Я к этому времени тоже сидел на первом кавказце — тот начал вырываться и пытаться что-то достать из кармана, пришлось ткнуть его мордой в пол и заломить обе руки за спиной.

Через несколько минут прибежала пара омоновцев с дубинками. Разбираться долго не стали, скрутили торчков и выволокли из вагона. Итак всё понятно, тем более гости столицы успели уже всем надоесть. Кивнул мужику, который невозмутимо занял место рядом со своей молчаливой женщиной, и вышел на перрон. Слегка потряхивало от выброса адреналина. Хорошо, что есть неравнодушные люди. Не было бы меня и того мужика, стали бы возмущаться другие пассажиры, запуганные криминальной хроникой из телевизора? Не знаю.

* * *

На следующий день в офисе появилась Елизавета. Опять миниюбка, шпильки и более-менее скромная блузка с неизменным пиджачком. Илья проверил её историю и не нашёл ничего криминального, кроме штрафов за быструю езду. По городу можно ездить только шестьдесят, многие притапливают на широких шоссе и попадают в засады гайцов, стоящих по обочинам с радарами. Обычное дело.