— Это что взорвалось?! — спросил таксист, когда пыльное облако осталось далеко позади.
— Да хер его знает. Наверное курили в неположенном месте. Видел, что от КАМАЗа осталось?
— Точно! Я слышал, что беда с этим газом! Это они, видать, решили КАМАЗ на пропан переоборудовать, колхозники хреновы! Я тоже думал на свою шестёрку ГБО для экономии поставить, но теперь точно не буду! Вай-вай-вай! Ты посмотри, что с лобовухой стало! — запричитал таксист.
— Гоша, не плачь, возмещу я тебе стекло. И давай, поехали домой, не нужно нам в Кисловодск. Вижу, плохая была идея со складом.
Глава 10
Помогите найти индийский фильм. Она богатая, а он бедный. Ей нельзя за него замуж. Там ещё поют много.
* * *
Сентябрь пролетел быстро. Я сделал ещё одну поездку в Рязань, и посчитал свою миссию по спасению людей выполненной. Не буду в ход Чеченской кампании вмешиваться. Во-первых, не знаю как, а во-вторых, наших вояк учить — только портить. Справились в прошлый раз без ничьей помощи, справятся и сейчас. А я должен готовиться к поездке за кладом в следующем году.
Зачем я ездил в Рязань? В прошлой жизни была непонятная и некрасивая история. Я читал эмоциональную статью, поэтому вспомнил случай без всяких сновидений.
Вечером в среду, двадцать второго сентября девяносто девятого года, жители кирпичного дома по улице Новоселов, возвращаясь с работы, заметили возле своего подъезда подозрительные Жигули с номерами, заклеенными бумагой — несколько мужчин заносили из легковушки в подъезд дома какие-то мешки. Вызванный наряд милиции обнаружил в пустующем помещении три мешка с надписями «Сахар» и неизвестным веществом внутри, к мешкам был прикреплён часовой механизм.
Такая сверхбдительность рязанцев неудивительна для россиян того периода времени — все помнили о терактах в Москве. В воздухе крупных и малых городов висело ощущение животного страха — а вдруг следующими будем мы?
Жителей дома эвакуировали на ночь, мешки вывезли и обезвредили, и через несколько дней в подъезде двенадцатиэтажки поставили железную дверь. По паре человек из жильцов, сменяя друг друга, круглосуточно дежурили в подъезде. Такую же вахту несли и другие жители тысяч рязанских домов, опасавшиеся новых терактов, хотя через день, двадцать четвёртого сентября, вновь назначенный директор ФСБ заявил, что это были учения, и ничего жильцам не угрожало.
«Взрывчатка не сдетонировала», — заявил милицейский взрывотехник, попытавшийся подорвать взятую пробу — в сахаре было слишком низкое содержание взрывчатки. Налетевшие телевизионщики провели «Независимое расследование на НТВ», посвященное рязанскому «сахару», где вроде бы пытались разобраться в произошедшем, но почему-то настойчиво внушали телезрителям, что это скорее всего был теракт, а не учения.