— Ну, как договорились? — спросил он. — Вещи отнесу домой, потом возвращаюсь сюда, буду присматривать.

— Угу. Но внутрь не суйся. В случае чего я постараюсь из здания выбраться, а там уже подстрахуешь. Тебе-то светиться здесь лишний раз не стоит.

Сжимая в руке перетянутые бечевкой книги, которые обещал вернуть Скворцовой, я перемахнул через забор, и через несколько мгновений уже шагал по тротуару. Я позаимствовал Аспект у Велесова — сначала просто для того, чтобы удобнее было шастать в потёмках. Но решил пока оставить его и дальше — звериное зрение и слух были мне как нельзя кстати. Улица хоть и была освещена эмберитовыми фонарями, но очень неравномерно.

Скворцовых, впрочем, удалось отыскать без особого труда. Мало того, что они толком не прятались — их силуэты отчётливо маячили позади полосатой полицейской будки, сейчас пустующей — так ещё и о чём-то ругались чуть ли не в голос.

— О чём спорим?— спросил я, выныривая из темноты.

Катерина испуганно ойкнула, Вася встрепенулся, принимая боксёрскую стойку, но потом расслабился, узнав меня.

— Явился наконец-то… — проворчал он.

— Ты чего так долго? Мы уже опоздали к началу! — накинулась на меня Скворцова.

— Ну, тогда поторопимся.

— Книги у тебя? Ох… Ты чего же их, бечёвкой обычной стянул? Обложки же попортишь!

Катерина выхватила у меня из рук фолианты, обеспокоенно разглядывая их.

— Да ладно тебе, Кать. Они и так старые… — проворчал её брат, но она зыркнула на него с таким видом, что он замолчал.

— Ладно. Пойдём! ­ — решительно сдув со лба непокорную чёлку и поправив очки, выдала Скворцова и взяла меня под руку.

— Я вас тут подожду, — предупредил Вася. — И это… Осторожнее там!

На входе в ресторан бурлил настоящий людской водоворот — несмотря на поздний час, продолжали прибывать новые посетители, кто-то, наоборот, выходил проветриться. Большая вращающаяся дверь, стеклянная в верхей части, почти не останавливалась и напомнила мне лопасти огромной мясорубки. При этом входящие задерживались на дополнительном фильтре — несколько одинаково одетых молодчиков в полосатых костюмах аккуратно, но быстро обыскивали посетителей на предмет колюще-режущих предметов или выпивки.

— Со своим нельзя! —буркнул один из них, выуживая у кого-то из внутреннего кармана припрятанную бутылку.

— Да она ж початая, там осталось-то на полстакана! Не выбрасывать же?

— Со своим нельзя! ­—угрюмо повторил второй вышибала.

— Ага, а внутри обычная красноголовка на полтину дороже!

— Ресторанная наценка-с. И правила такие.

— Ай да пошли вы! Рвачи!

Мужик, отойдя на пару шагов, демонстративно высадил оставшуюся выпивку прямо из горла и швырнул бутылку в сторону урны.