— Что у вас тут за шум, а драки нету? — запыхавшись, спросил я.
— Да вот, дядя Демьян какую добычу поймал, — хмуро ответила Варя, кивая на двух болтающихся вниз головой бедолаг.
Похоже, Велесов не шутил по поводу расставленных по всему саду ловушек.
Двое. Парень и девушка. Причём больше всего шуму как раз от девчонки — визжит так звонко, что уши закладывает. И непонятно, со страху или от возмущения тем, что юбка у неё в этом положении сползла вниз, открывая на всеобщее обозрение темные чулки и тёплые короткие панталоны в трогательный горошек. Руки у бедняжки были свободны, и она пыталась поднять юбку обратно, чтобы прикрыться. Но бессердечная гравитация мешала ей это сделать. Из-за своих манипуляций горе-лазутчица только раскачивалась на верёвке, из-за чего пару раз уже стукнулась то о ствол дерева, то о напарника.
— И что с ними делать? — недоумевал Жак. — Сдать в полицию, как воришек?
— Не надо полицию! Пожалуйста! — в ужасе всхлипнула девчонка.
— Не надо полицию, — вздохнув, подтвердил я. — Это ко мне.
— К тебе? — неодобрительно нахмурился Демьян. — Что-то у нас уже проходной двор какой-то…
— Ну, прости. Меня они тоже не предупредили о визите. Давай уже, спускай их вниз, чего издеваться-то над людьми. Что тут надо, верёвку перерезать?
— Не надо ничего резать! Сейчас…
Вампир скрылся в кустах, и через мгновение девчонка первой свалилась в листву. Тут же вскочила, поправляя юбку, растрепанную причёску и едва не слетевшие с носа очки.
— Что ж, знакомьтесь, — улыбнулся я. — Екатерина Скворцова, если мне не изменяет память. Ну, а это…
Я пригляделся к сопровождавшему её парню и удивлённо хмыкнул:
— А ты-то что тут делаешь, приятель?
Глава 9
Коротко стриженный скуластый парень со следами уже почти зажившего фингала под глазом зыркнул на Катю, будто ожидая, что она скажет. Но та тоже сконфуженно молчала, опустив голову и с опаской поглядывая на моих спутников, особенно на вновь показавшегося из кустов Демьяна.
— Я… просто попросила Васю помочь, — пролепетала она. — Одной было страшно сюда соваться.
Вася — тот самый новичок из боксерского клуба Дымова, с которым мы познакомились ещё в первые дни моего пребывания в Томске. Молодой совсем, лет, наверное, восемнадцать. Одет бедновато, но не совсем уж оборванец. Скорее всего, работает где-то на одном из заводов неподалёку от того места, где проводились последние кулачные бои. Руки его выдают занятие тяжёлым физическим трудом — кожа на пальцах тёмная от въевшегося мазута или чего-то подобного, ногти все сбитые и поцарапанные.
— Жандармов только не вызывайте, — буркнул парень. — Мы сейчас сами уйдем.