— Подумал.

— И?

— Заманчиво. Но пока не ко времени.

— Игорек, ты сюда малость послушай. Та библиотека пролежала полтораста лет в герметичной укупорке. Я, конечно, за собой кое-как прикрыла, но это так, ерунда. А на дворе осень, дожди, высокая влажность, а там, глядишь, и подвал затопит.

— Хочешь сказать, не терпит промедления?

— Вообще ни дня. Неделя-две, и начнутся дожди, а там и распутица. У тебя же не вездеход. Ну не будь букой, это же верняк! — С этими словами девушка повисла на его руке, словно девчушка, которая канючит конфетку.

— Понимаю, Настя. И ты права, предложение очень даже заманчивое. Но у нас тут нарисовалась кое-какая проблема, которую нужно решать, — невольно осматриваясь по сторонам, ответил Игорь.

Еще не хватало, чтобы кто-то их увидел и разнес сплетню. Понятно, что Настя просто играет, причем без задней мысли. Но народу же тут скучно, просто жуть. И уже начавшее набирать обороты радио справиться с этой проблемой не могло. Тут нужно что-то более радикальное. Например, телевидение с кучей ток-шоу.

— Ты это о Болотине и бандитах? — фыркнула Настя.

— Об этом уже весь город знает? — вздернул бровь Игорь, глядя на девушку, и не думающую отпускать его руку.

— А ты как думал, — ухмыльнулась девушка. — Но только с политикой нашего князя эта проблема как была, так и останется. А библиотека может прийти в негодность. И ты учти, что за экземпляры, уже имеющиеся в хранилище, плата существенно ниже. Тут уж будет зависеть не от содержания, а от сохранности. Так что тянуть никак нельзя.

— Я это понимаю, но проблема сама собой не рассосется. Ты зовешь в единичный поход, пусть и обещающий большую выгоду, а тут налаженное и отработанное предприятие, приносящее более скромный, но регулярный доход. Разницу улавливаешь?

— Да уж не дура. А у тебя есть какие-то мысли? — навалившись на его локоть упругой грудью, поинтересовалась она.

— Возможно.

Игорь старался не обращать внимания на поднимающееся возбуждение и придерживаться делового тона. А что такого? Он нормальный мужик, а Настя красивая девушка. Равнодушно пройти мимо нее может только гомик, даже у большинства женщин как минимум шевельнется зависть.

— Только учти одну ма-аленькую деталь, — наконец выпуская его из своей цепкой хватки, наставительным тоном проговорила она. — Если решишь прессовать Веню, то готовься к неприятностям. Не знаю, с какого перепуга, но князю не нравится, когда начинают задевать эту мразоту. И предшественника его никто не трогал. Но потом тот зарвался и попал под конкретный пресс. Как и две банды, на которые через него вышли.