Терек опять, чуть не плача, прижимается к третьей консоли, а я поднимаю капсулу на две щелчка уже довольно быстро, как самый опытный здесь летчик.
— Скачут от трактира с пару десятков всадников, — сразу же замечает граф, не отрывая подзорную трубу от глаза.
— Ничего, они нас не заметят за деревьями, — смеюсь я. — Агрегат к полету готов, ваше сиятельство!
— Полный вперед! — командует граф, занимая мое место и прихватывая тумблеры высоты.
Я одновременно перевожу так же на пару едва заметных щелчков тумблеры на средней консоли, тут же со скоростью примерно в тридцать километров в час мы начинаем удаляться от места нашей стоянки.
От запахов мяса и свежего хлеба деваться в тесной капсуле некуда, даже у страшно боящегося полета Терека текут слюнки, но я безжалостно запрещаю ему жрать на борту.
— Как первый пилот и с разрешения Капитана данного воздушного судна! — киваю я на графа. — Еще наблюешь нам тут, придется нюхать нашим вельможным носам всякую гадость!
Погоня давно исчезла за спиной, я пока лечу на сотне метров высоты над деревьями на скорости под сотню километров в час и наслаждаюсь самим полетом.
«Да, хоть что-то отличное пришельцы все же принесли на эту планету», — признаю я себе.
Глава 15
Господин Терек все равно не может себя заставить хоть на минуту отлипнуть от третьего пьедестала, трется вокруг него, прямо держится за основу и боится вниз смотреть.
Хотя уже пережил одну посадку и второй взлет, однако по-прежнему выглядит все так же очень жалко.
— Явная воздухобоязнь или боязнь высоты! Забыл уже, как такие дела у нас на Земле называются! — провозглашает про него граф, насмотревшись через подзорную трубу по все стороны. — Вообще русский забываю, норр!
— Понимаю вас, ваше сиятельство! Когда поговорить не с кем и столько пришлось пережить в новом мире! Здесь то жизнь гораздо более опасная и беспредельная, постоянно или ты, или тебя!
— Но ничего, теперь вволю наговоримся! — отвечаю ему с большим оптимизмом. — Лететь так круто! Прямо что-то из прежней нашей жизни! Примерно, как та же «Ласточка» передвигаемся, так же быстро и тихо!
— Да, прямо прошлое вспомнил, которого здесь так не хватает! — радуется он тоже.
Летим на высоте под сотню и с такой же скоростью, под нами пролетают в основном леса и нечастые поля, небольшие деревни и сельские дорожки мелькают время от времени, только трактиров при дорогах больше вообще не видно.
Да еще сами дороги уже не нормальные проселочные, а просто какие-то тропинки, видно, что повозки ездят туда-сюда редко, народ выживает натуральным хозяйством и, дай бог, раз в год на ярмарку катается, как здесь положено.