— Все обстоит именно так, как я подозревал, граф, императрица, ее брат и дворяне проталкивают сразу шестерых кандидатов!

— Придется их потыкать носом в неаппетитную субстанцию, — отвечает он.

— Нас просто списали со счетов, значит, основной претендент сама императрица? — это снова к важному сановнику.

— Однозначно, если ничего не случится, то она станет регентшей при сыне. Одна у нее проблема, нет большой поддержки от родни, они все из совсем незнатных фамилий, а сами живут далеко от столицы, никак не успеют ее поддержать. Если кто серьезный и с большой поддержкой от высших дворян Империи предъявит свои права на престол, вот тогда одобрение Всеединого Бога окажется необходимо.

— А вы кто такой сами будете и какую тут должность занимаете при дворце? — решаю я познакомиться с таким хорошо осведомленным мужчиной.

— Управляющий имперскими дворцами и прочими службами, граф Гельдберг, — так же бесцветно отвечает он под давлением.

— Ага. А сколько дворцов у императорской семьи вообще имеется? — это уже граф интересуется своей будущей собственностью.

— Четыре, есть дворец в горах недалеко от Кташа, там страшный летний зной императорская семья переживает. Есть недалеко так же на острове, где всегда свежий ветер с океана. Вокруг столицы есть еще два владения, оба для охоты, зимней и летней, но не совсем дворцы, скорее богатые постоялые дворы.

— Императору было развешено уезжать так далеко от Кташа? — я как-то по-другому представляю себе постоянный контроль Твари над Императором.

— Разрешено, но только в сопровождении нескольких Слуг, своих собственных и еще из Храма, — очень так нехотя отвечает управляющий Гельдберг.

— Ага, это большая государственная тайна? — быстро понимаю я.

— Да, никто не должен знать, — так же тихо под давлением отвечает он.

— Наверно, Первый Слуга Всеединого Бога должен каждый раз Императора сопровождать?

— Именно, — безучастно отвечает Гельдберг.

— Постой пока рядом, — я убираю к себе за спинку управляющего.

А то к нему уже подтянулись несколько других любопытных, чтобы послушать, о чем это такой важный царедворец так долго и подобострастно общается с никому не известной публикой.

Но мы сами решаем мыслеречью переговариваться, пусть новые Слуги могут что-то услышать, но сами пока ничего сказать не могут.

«Предлагаю господина Гельдберга завербовать на нашу сторону, — слышу я от графа. — Сильно влиятельный здесь он мужчина, такой нам самим однозначно пригодится».

«Как рассчитываешь это сделать?»

«Да пусть объявит сам во всеобщее услышание, что приехал сам новый Всеединый Бог во дворец! И со своим новым Императором. Что дело уже совсем решенное, а кто не согласен — может пойти сдаться гвардейцам на входе по обвинению в государственной измене. Думаю, больше никому ничего объяснять не придется, его мнению все поверят сразу».