Да еще заметно дольше они выдерживают прямые в упор попадания болтов и удары по своим могучим образинам.

Люди на такое не способны однозначно, один точный или даже не особо прицельный удар и все. Воин с криками и стонами валится, требует его считать раненым и сразу уносить в лазарет.

Орки, как воины, все же очень смелые и беспощадные, пусть отдают своих пятерых или даже десятерых за одного защитника крепости.

— С другой стороны, что им еще остается делать? При существующем уровне развития в их степях осадного дела?

Лестницы привезли с собой издалека, лучники у них лучшие, наверно, во всем здешнем мире. Поэтому остается только терять своих нелюдей на стенах пачками, постепенно выбивая при обстреле защитников крепости. Они могут легко еще половину оставшихся в строю потерять, все равно возьмут крепость, скоро уже совсем некому будет на стенах стоять.

А так все оставшиеся в живых пленники всё равно попадут в котел.

Подобная мысль тоже греет нелюдей орды, окружившей стены крепости, ведь сожрать мясо своих исконных врагов — реальная идея-фикс для степных воинов.

— Уж в данном я уверен, насмотрелся за не слишком долгое знакомство. Все у них в жизни так настроено, чтобы закончить день обильным ужином. Именно таков главный смысл всей жизни каждого крутого серо-зеленого воина, — говорю я себе.

В будущую добычу входят мертвые из холодного подвала, все пока еще живые воины, поварихи и простые мужики. Не так уж много мяса по итогу получится на одну орочью образину. Не вспоминая уже про их зубастых помощников.

«На что вообще рассчитывают местные воины вместе со своим начальством? Не могли же они остаться, чтобы стопроцентно умереть? Раз многочисленные склады стоят пустые, значит, их успели спокойно вывезти, — размышляю я. — Или все же могли, если нужно ополовинить саму орду ценой своих немногочисленных жизней?»

Когда орда показалась в степи и уже за один день заполонила всю низину перед крепостными стенами, то с полным вывозом складов точно не успеешь справиться.

Впрочем, знание того, когда и как именно здесь собирают урожай — для меня тайна, покрытая мраком.

«Наверно, осенью и за зиму продовольствие постоянно вывозилось куда-то во внутренние земли? Я все равно не знаю, какое сейчас время на дворе, середина лета или уже местная осень?» — размышляю я.

Наверно, именно для сбора и вывоза продовольствия строятся крепости в здешних опасных местах, именно поэтому здесь служат воины. Скорее всего, сама широкая и полноводная река позволяет просто и дешево вывозить еду какими-нибудь баржами или шнявами.