- Надеюсь, что этого не произойдёт, — ответил ей настоятель храма Фэр’Лайши.

- А если надежды не оправдаются? — нахмурилась женщина.

- Всё в руках богов, — улыбнулся он.

Спустя час настоятели и старшие жрецы в сопровождении паладинов и рабов руны покинули город. Для этого использовали тайные подземные ходы, что вели из храмов за городские стены.

Задержался в городе только настоятель храма богини ночи. Ему предстояло сделать то, что не делали несколько столетий его предшественники и братья по вере. И как бы он ни бравировал внешне, но внутренне он чувствовал страх и отчаяние от того, в чём скоро придётся участвовать.

«На то воля богини, — подбадривал он себя, идя по узким, тёмным и вонючим городским катакомбам. — Умрут десятки тысяч, чтобы жили сотни».

Вскоре он оказался в просторном помещении, где прямо на полу сидели девять мужчин и женщин возрастом от двадцати до двадцати пяти лет.

- Никто не передумал? — спросил их настоятель.

- Нет, владыка! — в один голос ответили они и крикнули. — Во славу нашей Матери! Во славу Госпожи ночи!

- Раздевайтесь и ложитесь.

После его слов люди встали на ноги и стали скидывать с себя одежды. Делали они это безо всякого смущения. Разоблачившись, они ложились на сырой и грязный пол лицом вверх и вытянув руки вдоль туловища. Когда все девять человек замерли в этой позе, настоятель достал из-под мантии небольшой деревянный футляр, раскрыл его и вынул стеклянный флакон с деревянной пробкой, размером с указательный палец взрослого мужчины. Он был полностью заполнен чёрной густой жидкостью.

С внутренней дрожью настоятель выдернул пробку, отбросил её далеко в сторону и наклонился над ближайшим человеком. Жидкостью из пузырька он капнул ему на лоб, на губы, в центр груди и на низ живота. Такую же процедуру он провёл с каждым из лежащих. На последнем девятом содержимое флакона закончилось. Причём, на стенках не осталось ни следа от жидкости, словно стекляшку тщательно вымыли и вытерли. Швырнув её в угол, настоятель направился на выход. Уже из коридора он обернулся и в последний раз посмотрел на девятерых, которые должны уничтожить многотысячный город ради того, чтобы гарантированно погиб всего один — миньон пробудившегося зла.

Всего за несколько секунд с теми, на кого попала чёрная кровь, произошли серьёзные изменения. Их кожа стала белой, как алебастр, а кровеносные сосуды почернели, словно их обрисовал углём художник.

— Простите меня, не ради этого вас растили и учили, — очень тихо произнёс настоятель. После этих слов он отвернулся от будущих монстров и заторопился назад.