— Были какие-то проблемы? — спросил я у подошедшего Кости, подхватывая за специальные ручки орнитоптер и толкая его в сторону открытых врат.

— Нет, пара тварей на самом краю района врат, но это алый мир, проблем они никаких не доставили.

«Всё как-то уж очень просто получается, — мелькнула мысль. — Возможно, я просто слишком уж привык к постоянным проблемам».

— Отлично, тогда загоняем аппарат и закрываем портал, Оцелоты все на местах? — кивнул я, подгоняя орнитоптер к открытому порталу.

— Да, сейчас позову их, и уходим, — кивнул лидер.

Секунда непередаваемых ощущений, и вот я уже выхожу с другой стороны портала, где меня встречает Алиса. Судя по её лицу, она хочет со мной о чём-то поговорить.

— Что-то случилось? — спросил я, паркуя орнитоптер так, чтобы не мешать Оцелотам выходить из портала.

— Пока тебя не было, одну из установок в холле уничтожили, — кивнула сестра, сразу перейдя к делу.

«Проклятье, — мысленно выругался я. — Ещё один якорь реальности?»

Всё происходящее мне очень сильно не нравилось. Очевидно, реальность внутри связи единства сейчас по какой-то причине подвергалась какому-то сильному воздействию. Трудно сказать, с чем это могло быть связано, но результат мы наблюдали на практике — один за другим выходили из строя якоря реальности.

Спустившись в холл вместе с Алисой, я увидел то, о чём она говорила: раскуроченный кожух одного из якорей неподалёку от саркофага и стола деда. Судя по всему, его в буквальном смысле вывернуло изнутри. Никакого внешнего воздействия я не почувствовал, и создавалось впечатление, что это произошло из-за банальной перегрузки, хотя без понимания даже примерной конструкции якоря это всё — лишь мои догадки.

— Думаю, лучше вернуть Оцелотов обратно в серебряный мир, — задумчиво сказал я вслух. — Не думаю, что в ближайшем будущем буду ходить в рейды по мирам соцветия.

— Мне будет достаточно, если ты отправишь одного только Фому, — как бы между делом заметила Алиса.

— Надоел? — понимающе улыбнулся я ей.

Сестра лишь неопределённо пожала плечами, показывая, что я не так уж далёк от истины, и не отвергая моё предположение.

— Как там Юлия? — оставил я пока тему Фомы.

— Слава говорит, что её состояние практически полностью стабилизировалось, и скоро она должна очнуться. Автодок уже практически не вмешивается в излечение и даже позволяет Славе к ней прикасаться.

— Это самая хорошая новость за последнее время, — вздохнул я с облегчением. — Пойдём, хочу взглянуть на неё.

Как и сказала Алиса, первое, что бросалось в глаза, когда мы вошли в палату, — это состояние Юлии. Она выглядела значительно лучше, чем раньше. С лица спала болезненная бледность, а ресницы едва заметно подрагивали. Я даже подумал, что сейчас девушка просто спит, но стоило приглядеться, как становилась понятна магическая природа её сна.