не хотят. Да, но какая шикарная квартира! И жена статусная, не то что моя Марина», — думал Ярослав, спускаясь в лифте. Максим долго молчал, и Лита решила немного поиграть для него и села за фортепьяно. — Ты знаешь, дорогая, сколько их вьется вокруг меня, этих новых русских. То, что он мне предлагал, неприкрытое мошенничество. По крайней мере, с моей точки зрения. — Да, они теперь хозяева жизни. Он держится очень уверенно. — А за счет чего они хозяева?! Да за счет простых рабочих и служащих! Они что, нарастили производство отечественных товаров? Ничего подобного, они живут за счет посредничества и беспрецедентной инфляции. — Да, но такие, как он, долго не продержатся. — О нет, такие как раз и продержатся в этом диком капитализме. Они выжмут из народа все и будут процветать. Ведь правительство Ельцина — Гайдара защищает именно таких. Максим взял недопитую бутылку восемнадцатилетнего виски, которую Ярослав оставил в кабинете, и с брезгливостью вылил ее содержимое в раковину. Москва, осень 1993 года К концу лета стало ясно, что России не избежать серьезного кризиса. С начала 1992 года инфляция составила две тысячи триста процентов. Нарастал кризис неплатежей: предприятия работали и выпускали продукцию, а государство за нее не платило. А весной 1993 года отдельные предприятия стали платить рабочим своей продукцией: мягкими игрушками, хрусталем, сигаретами, стиральным порошком, краской, строительными материалами, а если очень повезет, то какими-нибудь продуктами. Вся страна превратилась в базар, потому что люди вынуждены были как-то продавать эти товары или менять их на продукты. Торговали везде: на площадях, стадионах, в кинотеатрах, которые к тому времени закрылись из-за нерентабельности, вдоль автодорог и на железнодорожных станциях. Из-за огромных цен на продукты в России начался массовый голод и люди выживали как могли. Одни раскопали земли под огороды, другие развели кур на балконах, а особо предприимчивые — молочных коз. Чубайсовские ваучеры люди продали олигархам и их приспешникам, чтобы выручить хоть какие-то деньги и не голодать. Самыми высокооплачиваемыми профессиями стали бандиты и проститутки. При средней заработной плате в пятнадцать тысяч рублей килограмм сливочного масла стоил полторы тысячи рублей, а мяса — две с половиной тысячи. Весной начались забастовки: бастовали шахтеры, работники оборонных предприятий, дворники, слесари и другие служащие жилищно-коммунального хозяйства. Поставщики сельскохозяйственной продукции прекратили поставку продовольствия