мамы Ани? Я его ни разу не надевала с момента смерти Максима», — размышляла Лита и чувствовала, что вся горит. Чтобы как-то успокоиться, она решила прогуляться и не повернула в переулок у Центрального телеграфа, а прошла прямо вверх по Тверской. Дойдя до Пушкинской площади, она вдруг вспомнила начало девяностых, очереди, а потом и вовсе отсутствие продуктов. «Как мы это все пережили? А ведь я была счастлива с Максимом, он так любил меня». Лита удивилась собственным мыслям; она вдруг поняла, что по-своему любила Максима и что боится новых отношений с Игорем. Она даже подумала, что лучше ей завтра не идти с ним ни в какой музей, но потом вспомнила его улыбку, блеск в обращенном на нее взгляде, и желание любить именно этого мужчину захлестнуло ее. «Он не узнал меня, но это даже лучше. Начну все с чистого листа. В конце концов, наша короткая любовь случилась давно, совсем в другом времени да и в другой стране». Лита не заметила, как дошла до Триумфальной площади. «Нужно возвращаться домой и хотя бы немного поспать. Хотя какой тут может быть сон», — подумала Лита и повернула к Патриаршему пруду. Проходя мимо особняка Маргариты, в котором разместился дом приемов Министерства иностранных дел, Лита почувствовала такой прилив энергии, которого могло бы хватить на перелет на щетке над Москвой. Наутро она решила, что оденется скромно, и выбрала джинсы и белый кашемировый свитер. В Москве стояла золотая осень, и Лита подумала, что все лучшие события в ее жизни случались осенью. Она решила не опаздывать и пришла к Пушкинскому музею ровно к двенадцати часам дня. Игорь уже ждал ее в сквере перед музеем. — Давайте выпьем кофе, — предложил он. — Раньше в музее была неплохая кофейня. Я не могу смотреть на скульптуры и картины без кофе. Лита согласилась, заулыбалась и подумала о том, что все повторяется. Они гуляли по итальянскому дворику и греческому залу, смотрели на египетские мумии, скульптуры Микеланджело и римские статуи. Они говорили обо всем понемногу: сначала о погоде, потом об экспозиции музея, а когда эти темы были исчерпаны, Игорь стал говорить о ней самой, о том, как она красива и как он счастлив, что они познакомились. — Давайте пойдем в «Прагу», там год назад закончилась реконструкция, и снова работает зал в зимнем саду. Вы были когда-нибудь в «Праге»? В нем еще с советского времени отлично готовят блюда русской кухни. В ресторане он заказал шампанское и поднял тост за прекрасную Секлетею. Лита была на седьмом небе от счастья, она все время улыбалась и с обожанием