Ну, звучало оскорбительно, но кто я такой, чтобы спорить с местными божествами.

— Постараюсь, — тяжело вздохнул я.

Страйгор сделал шаг вперёд и замяукал. Сейчас его речь я не разбирал, а вот Клювоголовый слушал очень внимательно, улыбаясь, словно добрый дядюшка во время представления любимого племянника.

— Такие места я знаю, — сказал он, наконец, и воодушевлённый Страйгор продолжил мяукать. Мне же стало немного скучно. Как бы, вроде бы, я здесь герой, разве нет? Разве не я должен сейчас что-то решать?

Но мне, в целом, и предложить им было нечего, а вот архимаг и хранитель равновесия общий язык явно нашли. Так что я принялся отряхивать одежду, постукивая зубами от холода. В беседе, совершенно точно, участвовал и Кошачий Озорник. Ну, полагаю, решение судьбы мира должны принимать создания с опытом. И, желательно, без опыта айти. Так надёжнее и сильно быстрее.

Кто работал в таких местах, тот понимает о чём я.

— Хорошо, отлично, — сказал Рострумка́пут, наконец. — Так и поступим. Я укажу тебе место и ты придёшь туда. Тогда я подумаю.

Страйгор настойчиво мявкнул.

— Да, и о нём тоже подумаю, — посмотрел на меня толстячок. — Мы договорились?

Повелитель Верховных Сил покачал головой:

— Тогда жди, — Рострумка́пут улыбнулся, блеснув во тьме белыми зубами, и исчез. Хитрый Пёсик заворчал, гавкнул напоследок и затрусил прочь, то и дело оглядываясь на нас. Последним ушёл Кошачий Озорник, медленно растворившись в ночи. Радужные глаза исчезли последними.

— У меня есть ощущение недосказанности, дружище, — сказал я коту, стуча зубами. — Пошли отсюда, а? Там ребята в машине…

«Я всё расскажу тебе, Серый. Всё расскажу. Нам повезло. Кошачий Озорник вступился за нас! Иногда сделанное добро очень долго отзывается в мире. Ты бросил большой камень в воду, и круги от него до сих пор расходятся. Мне есть чему у тебя поучиться»

Он бежал чуть впереди, задрав хвост трубой.

— Ничего я никуда не бросал, — буркнул я ему в спину.

«У меня хорошее предчувствие, Серый! Очень хорошее!»

В машине заспанных попутчиков я очень быстро отогрелся. Ким Тхе раскочегарил печку на полную, и совсем не разобиделся за перепачканный в земле салон. Выглядел я, конечно, так себе. Чехлы ему потом точно в химчистку отдавать. Страйгор с нескрываемой брезгливостью перекочевал на переднее сидение, и грелся на коленях Ха Юн.

— Вы откопали то, что хотели? — спросил Ким Тхе, когда машина снялась с места и зашуршала колёсами по дороге в Сеул.

— Угу, — буркнул я, стараясь поймать потоки тёплого воздуха из-за пластиковой решётки печки. Полцарства за горячий душ.