— Привезу.
Хм... «Привезу»? То есть, он не хочет светить адрес этого дома даже для курьеров доставки.
Не знаю, чем мне поможет этот вывод — но на всякий случай запоминаю его.
Глава 6. Семён
— Света уехала к бабушке, — внезапно сообщает мне Ваня, когда я открываю ему дверь своей
другой квартиры, адрес которой он знает.
Думал чисто ненадолго сюда заскочить. Забрать кое-какие вещи: в том доме далеко не всё. В
первую очередь для Светы подбирал, подойдёт ли что из моего не особо ношенного. Ей ведь
сменная нужна.
А тут он... Походу, придётся поговорить. Шире раскрываю дверь, пропуская его.
Хорошо хоть у меня там нет признаков сборов.
— Не предупредив тебя? — пытаюсь изобразить участие. — В этом засада?
Как можно незаметнее пытаюсь разглядеть его лицо: может, Ваня всё же о чём-то догадывается?
Не должен, конечно, но мало ли.
— Спонтанно, конечно, но дело не в этом, — быстро разувшись, Ваня проходит в мою комнату и
падает на диван.
Сажусь рядом. Мы как-то давно уже усвоились, что всегда друг другу рады и каждый из нас
может себя чувствовать как дома на территории другого. Но дело даже не в этом —
доверительный разговор мне сейчас кстати будет. И подозрения возможные, опередив, сбить; и
быть в курсе его мыслей и настроя.
— Так в чём?
— Её бабушка плохо себя почувствовала, понадобилась помощь Светы. Это глухая деревня
какая-то, в Перми. Хотя скорее, даже под ней. Связи там нет. И вот честно, мне туда вообще
неохота, — морщится Ваня, а я хмурюсь от его последних слов.
Неохота... Значит, в целом такая мысль есть?
— Ну так и не езжай, она ж уже там, — предлагаю как можно более буднично.
— Это да, но поддержать Свету, наверное, надо, — задумчиво проговаривает Ваня. — Она вот, с
моей матерью помогала, почти каждую химиотерапию носилась с ней вместо меня. А я тут,
получается... Вроде как кидаю, не?
Хммм.... А таких подробностей я не знал. Света так заботилась о маме Вани — потому что
сердобольная, или потому что у них всё настолько серьёзно?
Машинально вспоминаю, как вчера девчонке излил свою тайну — ту, что только со мной была всё
это время. Никто не знает и вряд ли поверит сейчас, что в своё время я не смог спасти отца.
Просто духу не хватило нажать на курок, хотя пистолет был нацелен на конченного ублюдка.
Думал, умру с этой тайной — а нет, какого-то чёрта дёрнуло сказать об этом Свете. Не то
чтобы я что-то ждал... Меня ведь не так уже разрывало от этого всего, чтобы была потребность
хоть кому-то выплеснуть.
Себе это всё позже объяснил как раз её бабушкой — мол, по справедливости поступил. Сам
залез в её личное-болезненное, включая и тему с отцом — так и о себе в ответку сказал.