Я подняла голову и посмотрела в его глаза, полные доверия и понимания.
- А это правда, что меня выбрал именно «он»? - спросила я и ткнула пальцем ему в грудь, стараясь скрыть волнение за лёгкой насмешкой.
- Правда, - ответил Адриан и рассмеялся, и этот смех прозвучал как долгожданное освобождение. - Поэтому я и не сразу понял, что меня так привлекло в тебе. В тебе было что‑то особенное, что тянуло меня, словно невидимая нить.
- А сейчас вдруг понял? - мой вопрос прозвучал с едва уловимой насмешкой, но вместо ответа он лишь прильнул к моим губам, даря поцелуй, в котором не было ничего показного - только чистая, откровенная нежность.
- Понял, Императрица моего сердца, - произнёс он, отстранившись на мгновение, и в его голосе звучала нежность, которая согревала меня изнутри, проникая глубже любых слов.
Слова «Императрица моего сердца» отозвались в моём сердце, словно мелодия, которую я давно ждала, та самая нота, которой не хватало, чтобы вся симфония моей жизни зазвучала правильно. Я улыбнулась, понимая, что каждый шаг на нашем пути был наполнен любовью и взаимопониманием, даже те шаги, что давались тяжелее всего.
- И что же мы будем делать теперь? - спросила я, внезапно ощущая прилив настойчивости и уверенности. Теперь, когда часть тайн раскрылась, а враги перестали прятаться за чужими лицами, я хотела действовать, а не просто плыть по течению.
Но, прежде чем он успел ответить, в голове всплыл ещё один вопрос, который не давал мне покоя.
- Скажи, - тихо произнесла я, чуть отстраняясь, чтобы видеть его лицо целиком, - как ты узнал, что во всём виноват Иларий? Ведь улик почти не было, а он так старательно заметал следы…
Адриан на мгновение задумался, а потом в его глазах мелькнула холодная ясность.
- По почерку, - спокойно ответил он. - В письме, которое он передал тебе якобы от Ванды, чтобы направить тебя по ложному пути, был его почерк. Он даже не удосужился его поменять - слишком торопился или слишком верил в свою безнаказанность. К тому же он был единственным, не считая Эдмунда, кто знал, что этот амулет есть в императорской сокровищнице. Знал не из слухов, а точно. Поэтому вывод напрашивался сам собой.
Я медленно кивнула, переваривая услышанное. Всё казалось таким очевидным теперь, когда Адриан расставил всё по местам, но именно эта простота и пугала: Иларий действительно верил, что его хитрость останется незамеченной.
- Спасибо, - прошептала я, глядя на него с благодарностью, которая была глубже любых слов. - Спасибо, что поступил мудро. Ты мог бы наказать его, лишить титула, отправить в изгнание… но ты вернул ему семейную реликвию. Дал ему шанс сохранить достоинство, не превращая его в изгоя.