— Ну, начинайте с хорошей, — произнес я, напрягаясь в ожидании.
— Я уже подал ходатайство на помилование в имперскую канцелярию, лично поручился, вложил залог. Даже с генералом созвонился — он мой бывший товарищ, кое-что он мне задолжал. В общем, он отозвал свой рапорт на этого бедолагу и отозвал все обвинения. Но есть один нюанс…
Я жал очередного подвоха.
— Я уверен, что помилование будет через неделю в лучшем случае. Казнь же назначена на послезавтра. Как ты понимаешь, оно просто не успеет вступить в силу. Надо спасать ситуацию.
— Как же здесь спасать ситуацию-то⁈ — чуть не воскликнул я, сжимая трубку с такой силой, что та предательски затрещала.
— Ну, все возможное от себя я сделал, — спокойно произнес Злобин. — А дальше твои шаги. Считаю это очередным экзаменом на твою смышленость. Справишься — в награду получишь хорошего человека.
— А вы его спасти сами не хотите? — спросил я с плохо скрываемым возмущением. — Вы же сами говорите, что он ваш старый знакомый.
— Я в том возрасте и положении, — произнес Злобин с философским спокойствием, — когда лучше давать людям самим разбираться в своих проблемах. В особенности в тех, что они сами на себя навлекли — так они лучше усваивают жизненные уроки. Но так уж сложилось, что Степану Медведеву очень повезло, и у него появился шанс спастись с твоей помощью. А тебе — получить свою выгоду. Так что дерзай, мой юный друг.
Глава 19 Купец
Да уж, задачку мне задал Злобин, как мне её решать?
Немного поломал голову, выстраивая планы — что я вообще знаю о тюрьмах? На самом деле, ничего конкретного, я ведь и прошлого своего не знаю. Однако общая логика в голове постепенно выстраивалась, и какие-то зачатки планов начали формироваться.
Часть пути я занимался тем, что дрессировал ласку. Ничего лучшего я просто не придумал, ведь у неё есть удивительная способность оказываться в любом месте, где она захочет. Ну а я решил научить её приносить предметы в зубах. Никогда не знаешь, что и когда может пригодиться. Вот пускай учится.
Ласка вначале втянулась в игру, казалось, всё идет как по маслу.
Я швырял комки смятой бумаги, а ласка приносила. Она бегала между сиденьями, иногда запрыгивала мне на колени, смотрела внимательными глазами-бусинками, будто пытаясь понять, чего от неё хотят.
— Ишь какая умненькая, — хмыкнул Дмитрий, — дрессируешь её?
И тут ласка видимо поняла, к чему я её приучаю и начала откровенно саботировать тренировку. Я продолжал бросать комки бумаги, но ласка только провожала их флегматичным взглядом, а затем глядела на меня, мол, ну и чего смотришь, сам и беги.