— А сколько из килограмма такой травы получится зелья?

— Ну, зависит от её чистоты и от того, как давно она срезана. Но в целом зелий триста, думаю, можно будет сделать. Конечно, тут ещё следует учитывать, что нужны и другие ингредиенты и реагенты.

Вот, чувствую, Роман Михайлович будет недоволен. Он-то по-любому попытался бы меня объегорить и выкупить эту траву в четверть цены. Дмитрий, понимая это, лишь махнул рукой.

— Хорошо, Тамара Павловна, тогда по цене мне с вами разговаривать нужно?

Тамара Павловна замахала руками.

— Да что ты! У меня-то откуда такие деньги? Это нужно с Романом Михайловичем обсуждать. Ты только в город их не вози, тебя там точно обманут. Я уж нашему Роману Михайловичу найду, что сказать, чтобы он всю партию у тебя выкупил. Всяко это будет выгоднее и дешевле, и тебе польза.

— Готов отдать Вам эту траву со скидкой десять процентов. — произнес я, — так и скажите Роману Михайловичу. Но с одним условием. Вы мне в ответ отдадите тридцать зелий с каждого килограмма.

Тут Дмитрий уже не выдержал.

— Какие тридцать зелий! Ты с ума сошел! Там кроме твоих сорняков такие реагенты требуются. Да ты знаешь сколько они стоят? Ты в жизни столько не заработаешь! Максимум три зелья.

— Что значит три зелья, минимум двадцать пять!

— Десять! — тут же понял правила игры Дмитрий.

— Двадцать — и по рукам, — обрубил я, давая понять, что больше торговаться не намерен.

Дмитрий лишь махнул рукой.

— Что ты со мной торгуешься? Все равно с Романом Михайловичем будешь итоговую цену обсуждать, — произнёс он.

— Роман Михайлович согласится, — заверила меня Тамара Павловна, — но ты тоже не наглей. У Романа Михайловича много дел, много задач, ему деньги тоже нужны. А если у Романа Михайловича все будет хорошо, то это всем на пользу будет идти. Так что, Костя, не забывай о том, кому ты обязан жизнью.

— Поверьте, Тамара Павловна, ни на секунду не забываю, у меня на это нет шансов, — не без усмешки ответил я. — Мне каждый день об этом напоминают

— Да уж, Костя, —произнёс Дмитрий, качая головой, — тебе палец в рот не клади, по плечо откусишь. Как бы не пришлось потом локти кусать, что отпустили тебя в свободное плавание.

— Так ты же сам меня рекомендовал, — хохотнул я.

— Ага, рекомендовал и чувствую, что скоро придётся об этом пожалеть, — покачал Дмитрий головой, но не без усмешки.

Мы рассмеялись.

— Слушай, Дим, — произнёс я, глядя на мужчину, у меня к тебе вопрос один есть. Я обернулся на поместье.

— По поводу Пылаева, что ли? — спросил он.

— Да, по поводу Пылаева старшего, — подтверди я.

— Роман Михайлович мне рассказал, что есть определённые проблемы у вашего рода.