Ласка, которая развалилась на полу, задрав лапки кверху, и мирно пускала пузыри, вдруг подпрыгнула, как ошпаренная, и покрасневшими от испуга глазками принялась тревожно оглядываться по сторонам, явно не понимая, что происходит.

Я скормил ей ещё несколько малых кристаллов усиления резерва и ускорения регенерации энергии. По крайней мере, скорость и сила, думаю, ей ни к чему. И она действительно стала выносливее, но всё же мы столько энергии пропустили через себя за эти сутки, да ещё и чужих тварей вытаскивали из изнанки — это тоже отбирало силы.

Припомнил тот случай, когда я перенёс спрута на улицы города. Тогда мне это показалось легко, но это лишь потому, что вся чудовищная мощь твари и энергия, хлынувшая в меня, ушла на перенос её тела в этот мир. Сейчас же всё было совсем иначе — я сам, только за счёт энергии, текущей во мне, перетаскивал монстров в этот мир. И, скажу я вам, это одна из самых сложнейших задач, которые у меня были за последнее время. И всё это зря?

— Точно! — воскликнул я. — Тварь! Вот что я сделаю — я им устрою настоящую казнь!

Я раскрыл рюкзак и достал все кристаллы, которые у меня были: и те, что передал Злобин, и те, что достались из последней убитой твари, и принялся их впитывать. Энергия била по венам, как расплавленный металл, но я терпел. Я перетащу туда тех крокодилоподобных монстров, и на этот раз живых! Посмотрим, как с ними справятся паладины, и плевать мне, что за этим последует. Я не отдам Медведева!

Третий день стал для полковника Горина не меньшим испытанием, чем предыдущие два. С самого утра — а он не спал уже двое суток, всё это время работал не покладая рук — сотрудники дежурной смены пришли к нему с нерадостными вестями. В тюрьму попасть нельзя! Прямо посреди тюремного двора появилась тварь такая, каких раньше не было. Вернее, была одна такая — появилась три дня назад прямо посреди города, только на этот раз не было юных героев, способных этих тварей победить.

Паладины первым же делом отправились, только услышав о таком, в сторону тюрьмы, но пока доберутся…

— Всё ведь было в моих руках! — зарычал Горин, сжимая кулаки до побеления костяшек. — Я же всё сделал, я же даже Медведева перевёл в камеру поближе! Это что же, мне даже теперь в свою тюрьму не удастся зайти?

Тем временем выяснилось, что тварь была не одна — их было аж три, и были они разные. Первая — огромный спрут, который потихоньку методично разрушал здание тюрьмы. Благо, заключённые и дежурная смена не пострадали — предусмотрительный оперативный дежурный успел увести часть заключённых вглубь тюрьмы, при этом и дежурную смену увёл.