— Замучили тебя ученики? — Он гладит меня по щеке. — Голодная?
— Не знаю…
Я глупо улыбаюсь. Боже, как я рада его видеть! Ждать, знать, что он точно приедет, и видеть его сейчас — это чудесно!
— Где ты будешь жить? В гостинице мест нет.
— Я знаю. — Он отводит руку от моего лица, и мне хочется потянуться за его пальцами. — Но мне сказочно повезло: отменили бронь на наше шале, так что бомжевать не придется. А вообще я планировал напроситься к тебе в общежитие…
Мы снова смеемся, и я цепляюсь за слова «наше шале». Наше? Боже, это звучит так приятно!
— А перчатки твои где? — спрашивает Тимур совершенно родительским тоном.
— В сушилке.
Он протягивает свои:
— Надевай.
Смешно машу перед его носом болтающимися на моих руках перчатками. Он лишь качает головой.
— Милана?
Оборачиваемся на зов одновременно с Тимуром. К нам идет Данила Сарматов.
Глава 40. Милана
Я вижу, как напрягается лицо Тимура, и теряюсь. Соображаю, что сказать, потому что напор с двух сторон такой, словно мы на ринге и я случайно оказалась между бойцами. Зачем Данила это делает?
Мужчины уже друг напротив друга. Сарматов неторопливо поднимает руку, протягивая ее Тимуру для рукопожатия.
— Данила. — И ждет.
Розанов медленно отвечает и, когда их пальцы сцепляются в хвате, произносит:
— Тимур.
Мне кажется, что два зверя встали друг напротив друга и рычат. А мне хочется избежать ненужного напряжения.
— Данила, ты чего-то хотел? — спрашиваю его.
Руки мужчин расцепляются, Сарматов прокашливается.
— Ключ от детского клуба у тебя?
— Да. — Вчера я опять помогала новой девочке проводить викторину и закрывала помещение, потому что она убежала чуть раньше, пока мы с детьми еще прибирались.
— Мне нужно забрать оттуда коробки, — говорит он мне и, внимательно глядя на Розанова, добавляет: — Поможете донести?
Не знаю, что ответить. Я ни с кем ни о чем не договаривалась, и меньше всего мне сейчас хочется идти с Данилой. Но он, глядя на мои губы, очевидно, покрасневшие после такого откровенного поцелуя, поясняет:
— Сегодня у инструкторов вечеринка в честь Дня святого Валентина. Я думал, ты тоже идешь…
Сейчас я не вижу Розанова, стоящего чуть позади, но чувствую, как он напрягается. Данила переводит взгляд на Тимура, секунду молчит. Мне кажется, что у меня подскакивает температура, а все слова застревают где-то внутри, так и не складываясь в предложения.
Тимур же не подумает, что…
— Гм-хм… — Откашливаясь, Данила предлагает: — Приходите как пара.
Я снимаю перчатку, ловлю руку Розанова и сжимаю его ладонь. Мужские пальцы тут же стискивают мои, отвечая. Но Тимур молчит.