— После такого? Да иди ты в свой развороченный анус! Вон, жрицу свою трахай!

На этой лиричной ноте в небесах загудело. А поток ветра разорвал в клочья туман. Стало ясно, что туман скрывал не только визуальный спектр, но и звуковой.

— Обосраться! А с этими что?

Бывшие миньоны Печали валялись на земле и орали на одной ноте. Так не кричат живые люди, так кричат те, кто уже сдох. Они и умирали. Тела раздувались, рвались на части и схлопывались в один плотным ком, выплёскивали во все стороны кровь и кишечные соки. Полученная конструкция напоминала яйца. Или крохотные родильные коконы.

— Я бы сейчас стрелять начал, но только это союзники. Хендрикс, это что за срань? — Карлсон, кажется, решил блевануть.

— Несварение. Пережрали несовместимых эволюций.

— И где они столько набрали?

— Я накормил…

От хруста костей и чавкающих звуков меня тоже мутило. Я увидел, как раздутое тело здорового мужика треснуло по позвоночнику, а потом его голова провалилась внутрь, изогнутые руки и ноги вонзились в тело, и вся эта штука начала течь и меняться.

Камеры жадно впитывали чужие страдания. От системных сообщений заболели глаза, и вообще ощущения были так себе.

Я пошёл в сторону города и пять минут спустя вышел к амфитеатру. Там до сих пор стояли люди. Ждали. Судя по всему, это был ударный отряд. В толпе я заметил несколько коконов, вокруг которых куча свободного пространства. Видимо, эмиссары Печали много где тусовались.

Когда я подошёл к краю парапета — гомон стих. Я поднял то, что осталось от мятежной сингулярности над головой. Тишину разрывал только шелест камер в воздухе.

Ваша известность: 32 411 288.

— Печали больше нет. То, что от неё осталось, я сдам властям. Все, кто состоял в мятежной сингулярности, мертвы. Она не вернётся. Все осознали?

На последних словах мой голос зазвучал громче. Я обернулся и увидел, как за моей спиной Нэнси раздула из своей слизи две огромные мембраны в виде человеческих ладоней. Они усиливали мой голос. Я благодарно кивнул.

— Второе! Вы меня час назад выгнали из города в лапы Адмирала. Я, конечно, понимаю, что на такой блуд, как спасение наглой выскочки, который разозлил самых злобных монстров на станции, никто в здравом уме не будет подписываться, но теперь я — тот, кто этого монстра грохнул! И ситуация несколько изменилась.

Я снова помахал оторванной головой.

— Чего ты хочешь? — голос из толпы.

— Правильный вопрос. Сначала я хотел вас пограбить. Ну там, компенсация за неразрушенный город и массовые изнасилования. Но потом понял, что ребята вы, скорее всего, неплохие, да и союзники мне не помешают. Так что у меня буквально три просьбы. Первая — механик Двойной. Он мне нужен.