Последнее его и подвело. Пару месяцев назад, его корыто наткнулось на богатую яхту золотой молодежи, детей корпоративных боссов. Черт знает, чем детишки думали, отправляясь в самостоятельное путешествие не озаботясь хорошей охраной, да еще в столь опасных водах, но результат морской прогулки оказался печальным.
Яхту взяли на абордаж. Экипаж перебили. Мальчиков и девочек захватили в плен, где с ними понятное дело не душевные разговоры вели. Истязали и насиловали долго, пока кому-то из людей Реджи не пришла блестящая идея не попытаться взять за пленников богатый выкуп.
Вот на этом бравый предводитель пиратов и погорел. Вместо того, чтобы перерезать глотки всем свидетелям, он действительно связался с родителями богатых ребятишек по поводу выкупа. Должно быть надеялся сорвать банк и уйти на покой. Или вообще ни о чем не думал, просто услышав о больших суммах.
В итоге жадность его и сгубила. Жадность и глупость.
Освободив детишек, родители из корпоративной элиты пришли в бешенство. Трудно оставаться спокойным, слушая как дочурка, чье шестнадцатилетие справляли на яхте, рассказывает, как ее заставляли вылизывать ноги грязного негра-капитана, потом так же старательно облизывать кое-что еще находящееся у него между ног, как оставляли ночевать у кровати и давали пользовать любому члену команды, вместо поощрения.
Корпоранты объявили награду за голову обнаглевших пиратов, долго скрываться у тех не вышло. Команду при захвате перебили, капитана взяли в плен.
Понятно теперь откуда препарат, ускоряющий старость. Шишки из корпораций решили преподать урок, чтобы местные надолго запомнили, что значит трогать кого-то из их людей.
Некоторое время с академическим интересом понаблюдав за тем, как живой человек стареет на глазах, я постучал по перегородке, приказывая продолжить поездку. Пора заселяться в отель.
Негр-таксист недовольно скривил мясистые губы, но послушно нажал на газ. Машина тронулась, продолжая путь по улицам Уолфиш-Бей.
Глава 20
20.
— Сто пятьдесят, больше не дам.
— Двести! И вон те солнечные очки, кепи и рюкзак в придачу.
— Какой рюкзак? Какие очки? Знаешь сколько они стоят? Сто пятьдесят и не кредитом больше. И только благодаря моей исключительной щедрости. Шапку так и быть, можешь взять.
— Это не шапка, а кепи. И двести, вместе со всем перечисленным.
Горбоносый торговец уставился исподлобья и печально вздохнул. Упертость покупателя невероятно расстраивала, увидев принесенный товар, хитрый торгаш уже подсчитывал прибыль, что сможет извлечь из дальнейшей перепродажи, и каждое мое новое предложение добавить к сделке что-то еще, катастрофически ее уменьшало.