Мила замерла, пораженная Вашей наглостью.

Да уж, у этой версии меня мозги явно не в той голове. Я нахмурился, наблюдая за происходящим.

Видя молчание Милы, Вы победно усмехнулись. Исходя из Вашего богатого опыта общения с женщинами, отсутствие активного протеста можно было считать согласием.

Вы потянулись к ремню. Мила была шокирована Вашей развязностью. Воспользовавшись моментом Вашей увлеченности, она попыталась провести решительную контратаку, но, даже будучи застигнутыми врасплох, Вы все равно оказались намного сильнее.

Под Вашим мощным напором Мила начала заметно уступать.

Улучив удобный момент, Вы крепко обхватили ее сзади, не давая ни малейшего шанса вырваться.

Я крепко держал Милу, приподняв так, что ее ноги беспомощно болтались в воздухе. Девушка отчаянно дергалась, но без опоры эти попытки были совершенно бесполезны.

— Мила, я так хорошо к тебе относился, а ты хотела меня убить? — прошептал я ей на ухо. — Я ухаживал за тобой, когда ты болела. Неужели ты совсем не почувствовала моей искренности?

Мила холодно рассмеялась. В ее смехе не осталось ни капли прежней теплоты.

— Искренности? А как насчет Кати? А Рады Сергеевны? А Маши?

Мила перечислила больше десятка имен, заставив меня растеряться. Но, как опытный ловелас, я быстро нашелся:

— Это все было до встречи с тобой. Встреть я тебя раньше, даже не взглянул бы на них.

Тут я запнулся:

— А кто такая Маша?

Мила резко подтянула колени к груди, готовясь нанести удар.

— И ты еще смеешь отрицать, что ты подонок! — прошипела она. — Даже не помнишь инструктора по йоге, с которой спал десятки раз!

Я, ожидавший подвоха, мгновенно откинулся назад, увлекая ее за собой на диван.

— А, Маша! Просто ты так давишь, что я растерялся! — Я усилил хватку, чувствуя, как Мила пытается вывернуться. — Мила, неважно, каким я был раньше… Сейчас мои чувства к тебе абсолютно искренни. Если ты согласишься быть со мной, я порву все связи с другими. Что скажешь?

Мила продолжала вырываться, но постепенно ее сопротивление ослабло. Заметив это, я продолжил

более мягким тоном:

— Поверь, я буду любить только тебя. Просто позволь мне…

Мила закрыла глаза, словно принимая решение. Через несколько секунд она приоткрыла их:

— Ты правда забудешь о сегодняшнем? Если ты действительно прекратишь общение с другими девушками и не станешь преследовать меня за то, что я сделала… я, возможно, стану твоей девушкой…

Голос Милы снова стал мягким и нежным, как у невинной соседской девчонки.

— Конечно! Но сначала поцелуй меня — тогда я поверю, — я оставался настороже.

Мила покраснела, поколебалась, затем медленно потянулась и легко коснулась губами моей щеки.