— Ты уверена? — ранее улыбчивый «Легион» внезапно стал хмурым. Похоже, он заметил замешательство харизматички и сделал вывод, что она что-то скрывает. — Неправильный ответ может привести к очень плохим последствиям.

— Для меня? — напряглась Алина. Безусловно ей было страшно. Тем не менее она сама себе поражалась оттого, что могла сохранять самообладание в такой ситуации. Видимо, сказывалось моральное истощение, наступившее после пролитых слёз и долгого замыкания в себе.

— Не только для тебя, — тоном, не предвещающим ничего хорошего, проговорил полковник Сафин. — Но и для всех нас. Видишь ли, мы столкнулись с проблемой, которую не решить без помощи человека.

Слова офицеров ввели Алину в ступор. Она растерянно смотрела то на Зака, то на «Легиона». Какая-то её часть хотела рассказать правду. Но девушка всё ещё была не уверена, что это будет правильным поступком.

— Ладно, — расстроенным голосом объявил Зак, поднимаясь из-за стола и становясь перед панорамным окном. — Видимо, не получится его оживить.

— Оживить? Кого? — мысли в голове Алины понеслись с ещё большей скоростью. Она едва успевала хвататься за них.

— Кого? — обернулся «кузнец». Затем он достал небольшой диск из кармана своих брюк и показал его девушке. — Это мозговой мост человека. Мы нашли его на месте аварии. Да-да, — предвидел вопрос Алины полковник, — этот человек из твоего улова. Он, к сожалению, погиб в процессе захвата. И, как ты, наверное, уже знаешь, человека невозможно заново напечатать. Ошибка получится на выходе.

Алина застыла, не сводя глаз с эмэмки, которую держал Зак. Само собой она догадалась, какому именно человеку принадлежал этот диск.

До этого момента она лишь предполагала, что Константин погиб. Но теперь перед её глазами было доказательство. Её мужчина умер. Теперь это точно.

Несмотря на то что все слёзы давно уже были выплаканы, её глаза всё равно намокли. Похоже, часть из них сохранилась специально для подобного момента. Ноги девушки подкосились, она упала на колени и разрыдалась.

Офицеры переглянулись. Такая реакция харизматички стала для них подтверждением того, на что они надеялись. Но для большей гарантии нужно было вытащить из девушки чуть больше информации.

— Скажи мне, девочка, — присел рядом с Алиной «Зак». Для большей демонстрации своих благих намерений ему хотелось приобнять девушку. Это лучше всего помогло бы заставить её довериться и открыться. Но ради собственной безопасности трогать её нельзя. Особенно, когда харизматичка подвержена столь сильным эмоциям. — Ты знала этого человека?