— Вон оно что, — прошипел Зак. — Ты решил, что волевик станет бесполезным, если надеть на него ошейник?

— Ну, может, и будет от него толк, — задумался «Легион», — но при этом наш слон станет сломанным инструментом. Мечом без рукояти. Ну либо грузовиком без топлива, если такой пример тебе больше нравится. Сам подумай, Зак, мы даже харизматичек контролировать не умеем. Мы их просто кидаем в яму и не даём прокачивать уровни. Но при этом даже нулёвая харизматичка сделает тебя послушным зомби, если рискнёшь поиметь её. А тут целый волевик.

— Я тебя не узнаю, «Легион», — кузнец, похоже, не был согласен со своим коллегой. — Ты испугался человека? Какой-то одиночка навёл ужас на главу сильнейшего клана?

— Это не страх, мой друг. Это здравый смысл, — парировал громовец. — Я тебе больше скажу, одиночка в случае волевика — это не слабость. Это как раз его сила, — он с сожалением вздохнул, затем продолжил. — Я нашёл в себе смелости признать, что появившийся монстр и впрямь сегодня спас мою армию от краха. На тот момент волевик играючи убил шестьдесят три моих бойца, находясь под плотным огнём. Нет смысла сомневаться, что он уничтожил бы и всех остальных. Когда «Лизард» вылез, для нас оставалось только два пути — всех громовцев убьёт либо монстр, либо человек.

— Но ты же всё равно его загнал в ловушку! Надо было брать! — прославленный стальным спокойствием Зак в этот раз не сдержался и перешёл на крик. — Ты предал меня!

— Прости, друг, но так надо, — покачал головой «Легион». — Я пообщался с ним и сделал выводы. Опять же, возвращаясь к нашим харизматичкам, напомню, что мы бессильны против этих девчуль. Мы просто обрекаем их сидеть в яме, надеясь, что однажды найдётся управа на них. И те сидят тихо и мирно. Но волевик не такой. В плену он спокойным не будет. Это всё равно, что принести бомбу в свой лагерь. Бомбу, которая совершенно точно взорвётся.

— И что теперь? — с досадой бросил Зак. — Ты позволишь волевику делать что вздумается?

— Придётся, — раскрыл «Легион» свои намерения. — Пусть слон думает, что его оставили в покое. Пусть открывает ментальные зоны, качается. С нашей помощью или без, он всё равно снимет блок с системы. И после этого расклад сил изменится. Тогда-то мы и сможем сделать с нашим слоном, что захотим.

— Хочешь дать волевику насладиться свободой, чтобы потом лишить его этого? — заинтересованно спросил Зак.

— В любом случае нам нужно будет найти способ, чтобы контролировать слона, — ответил «Легион». — А после снятия ограничений у нас появится гораздо больше инструментов для этого. Быть может, волевик и вовсе станет не нужен. Кто знает. А пока просто понаблюдаем за ним, чтобы ещё больше понять его намерения. Кстати, — появилась внезапная мысль у громовца, — ты допросил улов, который дёрнули у союзовцев?