Для упрощения задачи я сходил до рюкзака за блокнотом с ручкой. Не думал, что они когда-то понадобятся мне в этом мире. Начал набрасывать варианты: полка, вилка, излом, палач, голос, кулак, волна, фильм…

Да уж. Одной известной буквой тут не обойтись. Придётся разговаривать с агентом дальше.

— Я ещё подумаю, — ответил я собеседнику. — Мы же никуда не торопится?

— Что вы? Нет, — усмехнулся агент. — Время — этого ресурса у системы в избытке. Кстати, — он держал ложку с картошкой перед лицом, не решаясь отправить её себе в рот, — как вы думаете, товарищ Лебедев, каким самым ценным даром система одарила ваш вид?

— Раз мы об этом заговорили, то скорее всего время вы и имеете в виду, — я уже вовсю уплетал свою жареную картошку с грибами. — По крайней мере, ничего ценнее времени в жизни у человека нет.

— Вы правы, — агент наконец-то решился попробовать на вкус своё блюдо. Я же с интересом наблюдал, как менялось его лицо, пока он жевал. В финале я даже увидел довольную улыбку.

— Вкусно? — спросил я «кинокритика», когда тот отправил в рот вторую ложку.

Агент ответил кивком. Похоже, новый опыт в виде употребления пищи пришёлся ему по вкусу.

— Не могу поверить, что вы ни разу не ели за всю свою жизнь, — размышлял я с набитым ртом. — Откуда вы брали энергию? Как их там… — защёлкал я пальцами, пытаясь вспомнить важное для организма химическое соединение. — Точно! Углеводы. Как вы столько просуществовали без них?

— Стоит вспомнить наш разговор о том, что Земля по своей сути является огромной фабрикой по переработке всего и вся, — сказал агент. — Это в первую очередь и не понравилось системе. Взять, например, вас, товарищ Лебедев. Что постоянно происходит с вашим организмом?

— Если вы про биологию, то в этом не силён, — честно ответил я. — Так, знаю кое-что про органы и для чего они. В остальном не шарю.

— Ваше тело, — продолжал агент с аппетитом поглощать свою картошку, — постоянно разрушается. И также постоянно восстанавливается за счёт пищи. Переваривание, переваривание и ещё раз переваривание. Вот ваша истинная роль на этой планете, а не те высокие смыслы, которыми люди наполняли свои жизни. Вернее, так было, пока не вмешалась система.

— Да-да, помню слова «Капитана» о том, что система изменила физику, химию и всё остальное, — налил я кипятка в пластиковый стакан с кофе. — Но позвольте спросить. Вот, вы говорите, системе не понравился прежний смысл нашего существования. Так? Но что она предложила взамен? Геноцид? Из-за которого, как мне кажется, нас осталось несколько тысяч. Резервации? В которых ютятся остатки человечества? Скажите, каким смыслом была наполнена жизнь человека, имеющего бесконечное время в запасе, в последние пару сотен лет? Что люди создали за это время? Ничего…