— А волевик где сейчас? — задал вопрос Зак.

— Продвигается через камерные блоки, — отвечал Варыгин. — С ним харизматичка. Она уже десяток наших слила. У них там уже небольшой зомби-отряд, мать иху.

— Так заприте их и пусть сидят под землёй хоть вечность, — негодовал полковник. — Без пищевых принтеров они долго не продержатся.

— Мы так и делаем, — докладывал боец, — но волевик открывает любые двери. Хрен пойми, как он это делает. Читер, сука.

Полковник вернулся за свой стол, налил себе полный бокал коньяка. Выпил до дна. Повторил действие.

— Твою мать! — выругался кузнец, после чего осушил третий бокал.

Случился худший из его прогнозов. Несмотря на идеальные, как он считал, меры предосторожности, зверь каким-то образом вырвался из клетки. И, что самое печальное, его в паре с харизматичкой теперь было крайне сложно остановить.

Но, что хуже всего: Зак не мог покинуть лагерь. Кто-то контролировал турели у главных ворот и расстреливал всех, кто к ним подходит. А другого пути наружу не было. Зак бы о таком знал.

— Первый камерный блок пал, — услышал полковник новый доклад от Варыгина. — Отступаем на КПП. Товарищ полковник, что нам делать? Мы тут мрём, как мухи!

Но офицер ничего не отвечал. Он прекрасно понимал, что уже ничего исправить. Оставалось только надеяться на чудо. Вот бы сейчас полковник Сафин прибыл на подмогу со своими громовцами.

Но лидер «Порядка» по какой-то причине не отвечал на вызовы Зака.

Неужели он меня предал? — мелькала мысль у кузнеца

— Товарищ полковник, ждём указаний? — вторил сержант.

По голосу подчинённого Зак прекрасно понимал, что тот ждёт приказа об отступлении. Вот только временный лидер кузнецов не мог дать такую команду.

— Держать оборону, — наконец ответил полковник сержанту.

Так он хотел выиграть время для себя. Ему нужно было придумать, как заставить волевика сохранить ему жизнь, когда тот придёт сюда. А он придёт, Зак в этом даже не сомневался.

— Товарищ полковник, вы уверены? — встревожился сержант, который не мог ослушаться из-за системных правил клана. — Мы же все умрём.

— Значит, насмерть и стойте.

* * *

Лагерь клана «Ледяная кузня».

Тюремный сектор.

После победы над Камилем мы прошли все оставшиеся камерные блоки. Кого-то из обороняющихся пришлось ликвидировать, других околдовала Алина. Но бо́льшая часть, не желающая оказаться ни среди первых, ни среди вторых, отступила на КПП.

— За ней находится один из постов охраны, — положил я ладонь на стальную автодверь. Применив навых «взлом», открыл её.

Благодаря радару я заранее знал, что врагов за дверью не было. Все они отступили на КПП. Наверное, они бы и вовсе поднялись на поверхность, но, судя по всему, их же товарищи не выпускают их наружу. Проще говоря, целый взвод кузнецов оказался между молотом и наковальней.