Впрочем, если не принимать в учёт неудачный раскрас, «Огненная кровь» была прекрасна. Здесь и «пепельная пуля», не раз спасавшая меня от подлых вражеских выстрелов. И огнеупорная ткань, сопоставимая по прочности с кевларом. Да и в остальном комплект был довольно удобным и очень нравился мне.

— Это чтоб враг издалека видел, что приближается опасность — отшутился я, вкалывая себе очередную дозу ИВО.

Перед тем, как накинуть на себя одежду, я предусмотрительно обмотал свои плечо и грудь эластичными бинтами, который лечит переломы. Вернее, это сделала Алина. Конечно, кости срастутся не сразу, для это потребуется несколько часов. Но у бинтов был и дополнительный эффект: они изолировали боль в повреждённых участках.

— Также они укрепляют защиту вокруг переломов, — добавила Айви, — чтобы ты не навредил себе еще больше во время битвы.

Следом я накинул на себя бронежилет «Панцирь Хот-Конга». За ним — разгрузку. Распихал по карманам и подсумками боеприпасы, гранаты и прочие необходимые мелочи. Распределил по своим местам верный нож «Хряк» и безотказный пистолет «Отключатель от системы».

В самом финале взял в руки уже ставшую мне родной штурмовую винтовку «Вестник воли». Её я, кстати, перестал прятать у Железяки поле рейдов, когда понял, что задержусь в тюрьме. Более того, в одной из системны локация я раздобыл для «Вестника» давно желанный мною обвес — подствольный грантомёт.

— Выглядишь грозно, — Алина подошла ко мне поближе, провела ладонью по моей щетине. — И когда ты только успел разжиться всеми этими легендарными и мифическими штуками?

— Не терял времени зря, — ответил я, обняв девушку за талию и подтянув её вплотную к себе.

Айви деликатно исчезла из моего интерфейса, сделав вид, что не подслушивает и не подглядывает.

— Что-то мне страшно, — прижалась харизматичка к моей груди.

К сожалению из-за бронежилета и разгрузки я не смог этого ощутить.

— Не переживай. Главное начать, — поддержал я её. — Твои зомбаки пробьют нам дорогу, затем закрепимся у подъёмника. Там и Железяка подоспеет. Ну, а дальше дело техники. Потихоньку перебьём всех оставшихся гадов.

— Я не их боюсь, — тихо проговорила девушка.

— А чего тогда?

— Я… — нерешительно промямлила она. — Мне не по себе от мысли, что придётся покинуть подземку. Я уже три недели сижу в тесных стенах. Улицы, можно сказать, не видела всё это время. Если меня и выводили наружу, то непременно в мешке.

— У меня такое было в студенчестве, — вспомнил я былые времена, когда я ещё не побывал на войне. — Как засядешь за компьютерные игры на неделю другую, так потом почему-то страшно из дома выходить.