Глава 18
Интересно, я умер или пока еще нет? Я могу мыслить, следовательно — живой, ну а как насчет движения? Я попробовал пошевелить рукой… Бесполезно, я ее абсолютно не чувствовал. Вот совсем. С ногами дело обстояло точно так же. Тогда, может быть, я и сам не живой вовсе? Если так, то каким образом я могу думать?
Внезапно мой мозг озарила яркая вспышка, которая принесла с собой дикий приступ боли. Я попытался открыть глаза, но сразу же закрыл их — ослепляющий свет приносил с собой новую порцию боли и не давал никакой возможности, посмотреть, что происходит вокруг. Где-то я слышал, что перед смертью человек попадает в какой-то тоннель, в конце которого горит свет и все такое… Может быть, это и есть тот самый тоннель? Хрен его знает, как оно там происходит, когда помрешь. Хочется надеяться, что это ни фига не тоннель, но тогда что?
Боль в голове дополнилась шумом в ушах, но вот яркий свет никуда не исчез, даже наоборот — казалось, полыхал еще сильнее. Твою мать, какой-то хреновый переход из материальной формы в духовную или как там это происходит после смерти? Бля, а может быть это у меня что-то вроде перерождения? Ну а почему нет? Есть же в индуизме такое понятие, как переселение душ, правильно? Вот, допустим, оно сейчас со мной и происходит. Зараза, только вот почему больно так? Или в данном случае это нормально?
Шум стал понемногу рассеиваться, и вдруг я услышал человеческие голоса, а вместе с ними пришла резкая боль в области шеи. Сука, как же тяжело дышать! Я что, задыхаюсь, я понять не могу? Свет никуда не делся, а по-прежнему пытался разрушить мне мозг своим ярким полыханием. Тем временем голоса становятся громче, и мне почему-то кажется, что они мне знакомы. Вот только кто именно эти люди, быстро вспомнить не получалось.
— Макс, ты меня слышишь?
Ну и кто это говорит? Я знаю этого человека, не один раз с ним общался, но вот, хоть убей, не могу вспомнить, кто это такой. Что-то с памятью моей стало нехорошее. Может быть, этот упырь мне там что-то повредил, когда ножом своим резал? Но если я знакомые голоса слышу, значит, я вряд ли сейчас следую по тому самому тоннелю, который ведет прямо на небо. Пока рано. Блин, а дышать-то все труднее… Так недолго не только людей забыть, но и совсем голоса перестать слышать.
Я попытался открыть рот и сказать, что слышу говорившего, но не знаю, получилось у меня это или нет, — я почувствовал лишь новый приступ боли, охвативший мою шею.
— Максим, это Артур Волошин, ты слышишь меня?
Твою мать, так это Волошин, а я думаю, что за голос знакомый? Как он здесь оказался, интересно знать? Я попытался сказать ему, что слышу его и узнаю его голос, но в ответ новый приступ боли. Хотя в этот раз, похоже, мне удалось издать некий звук, похожий на хрип раненого оленя.