Передача сменилась рекламой, потом пошли новости. Диктор начал перечислять последние события в городе, упомянул недавний прорыв в центральном районе, который ликвидировали силами местного гарнизона и нескольких групп системщиков. Ни слова про барона Зуйкина, ни слова про арест или контрабанду артефактов. Либо информацию еще не успели слить в прессу, либо граф Аксаков решил замять дело до поры до времени.

Я продолжал восстанавливаться, гоняя энергию по поврежденным участкам тела и постепенно возвращая себе более-менее нормальное состояние. Легкое уже перестало хлюпать и начало снова выполнять свои прямые обязанности, ребра срослись хотя бы частично, сосуды заклеились. До полного восстановления еще далеко, но хотя бы критическое состояние миновало и можно было не опасаться, что помру прямо здесь, на кухонном полу, в луже собственной крови и молока.

Новости закончились, началась какая-то другая передача. Зверек продолжал сидеть перед экраном, изредка издавая тихие звуки, больше похожие на комментарии происходящего. Надо будет как-нибудь провести эксперимент и выяснить, насколько он разумен. Может, это вообще не просто зверь, а какое-то магическое существо с интеллектом? В этом мире всякое бывает, чего уж там.

Прошло еще какое-то время. Сложно сказать, сколько именно, когда лежишь без движения и занимаешься исключительно самоисцелением. Может быть минут сорок, может час. Телевизор продолжал работать, зверек продолжал смотреть, а я продолжал склеивать себя по кусочкам.

И вот тут раздался звук, который заставил меня напрячься. Тихий скрежет металла о металл… Кто-то ковырялся в замке входной двери.

Телевизор мгновенно выключился. Зверек издал тихий встревоженный писк и я услышал, как он стремительно юркнул куда-то, судя по звукам, обратно за холодильник или под него. Умная тварь, чует опасность.

Скрежет продолжался. Кто бы это ни был, он явно не собирался звонить в дверь и вежливо просить впустить его. Отмычки, значит. Профессионал, судя по тому, как быстро и тихо он работал. Прошло секунд тридцать, может меньше, и замок щелкнул.

Дверь открылась. Тихо, осторожно, почти бесшумно. Я напрягся внутренне, продолжая лежать неподвижно и изображая из себя труп. Что, в общем-то, не так сложно, учитывая мое текущее состояние и количество крови вокруг. Любой нормальный человек, глядя на эту картину, решил бы, что я давно отбросил коньки.

Шаги. Тихие, крадущиеся. Кто-то вошел в квартиру и замер в прихожей, видимо, прислушиваясь. Секунд десять полной тишины, потом шаги продолжились. Сначала в комнату. Звук открывающейся двери, тихий скрип половиц под чьим-то весом. Кто бы это ни был, он методично осматривал квартиру, проверяя каждое помещение и даже заглядывая в шкафы.