- Не нужно ничего пришивать этой великолепной женщине. У нее просто идеальная фигура! – Екатерину Степановну вывели откуда-то из подсобки. Или из кладовки… Совсем не с той стороны, на которую мы все трое поочередно пялились.
- Ой, мама… Точнее, бабушка… - Катюня подпрыгнула на месте от удивления, и тут же села. – Мам, это точно наша бабуля?
Нам навстречу плыла леди, сияющая белоснежной улыбкой, сверкающая глзами, трясущая роскошной гривой… Ну, насчет гривы я чуток приврал: на голове Степановны была идеальная укладка, волосок к волоску… И эти волоски, отчего-то, тоже блестели…
Женщина чудесным образом похорошела и помолодела.
- Не знаю, Кать. Мне кажется, ее подменили. А теперь предлагают забрать какую-то подделку! – Катя усиленно хмурила брови, изображая недоумение и беспокойство, но я-то видел, что она прячет восхищенную, довольную улыбку.
- Вот! Я же говорила! Они не поймут! – Степановна шагала осторожно, едва ступая, и крепко держала под локоток своего хлыща-мастера. – Мы переборщили, кажется, Степочка…
- Ого… Степочка… Быстро же вы сблизились… - Я отвис, пришел в себя, подскочил с диванчика и поспешил им навстречу, чтобы взять тещу под руку.
- Сережа… Как еще я могу обращаться к мужчине, который видел меня без бровей, с мокрыми спутанными волосами и вообще, практически раздетую? – Теща кокетливо стрельнула глазами… И отказалась от моей руки.
- А вас не смущает, что он таких, практически голых, каждый день видит? И каждый день у него новая? – Мне показалось странным и подозрительным то, как Степановна смотрит на этого мастера. Слишком уж нежными были взгляды…
- Бабушка! Это точно ты? Дай-ка, я проверю… - Катюшу наши странные разговоры с намеками нисколько не волновали. Она, вслед за мной, подбежала к Катерине Степановна, задрала ей рукав платья на правой руке, внимательно осмотрела… И лишь потом удовлетворенно вздохнула: - Ага. Твоя родинка. На месте. Значит, это ты!
- Ну, все… Внучка узнала. Не так все и плохо, получается… - Степановна снова смущенно улыбнулась. Она явно ощущала себя не в своей тарелке.
- Внучка? У тебя есть внучка, Катенька? Разве это не твоя дочка? Ты в каком возрасте успела ее родить? – Мастер Степан, наконец-то, подал голос. И звучал он так же сладко, как елей.
- Все, спасибо вам за чудесную работу. – Катерина, как обычно, долго наблюдала за происходящим, и лишь потом вмешалась. – Моя мама выглядит прекрасно. Давайте, мы оплатим вашу работу, и поедем? Время уже позднее…
Что-то странное прозвучало в ее голосе… Как будто, нотки ревности?
- Нет. Ничего не нужно оплачивать! – Степан вдруг перестал источать сладость, заговорил совсем иначе – жестко, по-деловому, и совсем уже не нежно.