- Да. – Я закрыл глаза и привалился к противоположной. Ноги свело судорогой. Сердце перестало биться. В ушах шумело и звенело.
- Сереж? Алло, что с тобой? Тебе снова стало плохо? – На мой лоб опустилась прохладная аккуратная ладошка. Жизнь чуть-чуть восстановилась. И дышать стало легче. – Странно. Ты не горячий. Температуры нет
- Сколько нам еще осталось ехать этажей? – Еле выдавил из себя эту фразу.
- Ну, пять, кажется - Катя почти прижалась ухом к моим губам, чтобы разобрать и расслышать. – А в чем дело? Все еще норовишь выйти и прогуляться пешочком? Или ты тут помирать собрался? Погоди чуток, а то займем тут лифт, люди будут страдать. Прояви понимание!
Я начал вспоминать уроки медитации. Осталось доехать совсем чуть-чуть. Я должен был выдержать!
- Все. Выпадай, красавчик. Пока я сама тебя не выкинула. – Эта ехидная женщина чуть ли не пинками выкинула меня в открытые двери лифта.
Мне тут же полегчало. И воздух показался более прозрачным, вкусным и чистым. И плевать, что от мусоропровода опять воняло!
- А теперь признавайся, что это было? – Катя с какой-то нечеловеческой силой тряхнула меня за грудки и прижала к входной двери.
- Поплохело. Ты же сама видишь, простуда. Устал, не могу больше
- Ты чего, боишься лифтов, Сергей?! – Она смотрела мне прямо в глаза, не позволяя отвернуться ни на секунду.
- Да. Боюсь. И что такого? Хожу пешком, и мне это нисколечко не мешает.
- Мда Поразительно. А сразу не мог сказать? А если бы ты в обморок упал, что бы я с тобой делала?
- Ты бы меня обняла, поцеловала И было бы нам счастье с тобой, обоим!
- Ненавижу лгунов, обманщиков и трусов. И целовать тебя точно не стала бы!
- Да что ты говоришь? – ее лицо было так близко к моему. А полные, сладкие губы – они шевелились почти вплотную с моими. Ну, только дурак бы отказался от этого шанса!
Целовал ее. Сладко. Крепко. Нежно.
Голова кружилась. Черт знает от чего. То ли от слабости, то ли от страха перед лифтами То ли от удовольствия быть с невероятно красивой и сладкой женщиной.
Глава 17
- Да что же ты творишь, милая? – Я едва не влетел в полку лбом. Только чудо спасло от нового синяка.
Катя отодвинулась в сторону и сделала шаг назад, отворив мою входную дверь. И просто позволила мне свалиться внутрь.
- А ты что творишь?! - Она встала надо мной, уперев руки в бока. – Ты – простуженный, с температурой, в таком хреновом состоянии!
- Да. Вот, хотел подлечиться. – Присел на пуф, с трудом наклоняясь и расстегивая ботинки. – Ты разве не знаешь? Во время поцелуев выделяется окситоцин, а он – лучшее лекарство.