- Дядя Сережа. Иди, смотри сам. И все поймешь. Нет у меня никакого пожара. Я вообще никогда не жарюсь с температурой!
- Ладно. Показывай. – Я готов был увидеть уже что угодно. Главное, Катя начала разговаривать своим обычным тоном. Значит, жизнь налаживалась!
- Господи. Парамон. Как ты мог? Что это за предательство? - Но вот к такому повороту я был абсолютно не готов!
Счастливая Парамоха лежала, распластавшись на куче тряпья, и следил за тем, как мелкие, слепые щенята ползали по ее животу.
- А почему предательство? Он что, обещал тебе что-то и не сделал?
- Нет. Я снова ощущаю себя одиноким в вашем девчачьем царстве. А щенки…
Картина была милейшая. И прекрасная.
Я все детство мечтал о собаке, и чтобы у нас щеночки появлялись, как у соседской корги…
Но как-то не вовремя начали мои мечты сбываться. И что на это скажут еще две Катерины?
Глава 15
- Сергей! – Катины губы были поджаты в тонкую линию, а глаза метали молнии, способные испепелить любого. Жаль, что я был под мощной защитой из любви и обожания ее матери.
- Да, милая? Ты чем-то недовольна? – Я сладко улыбнулся ей, помогая удобнее устроить Парамоху на лежанке. Щенки, слепые, нелепые и бестолковые, ничего не видели, не понимали, но без конца норовили куда-нибудь сбежать. Медленно и печально, но они расползались в разные стороны. А их беспокойная мать суетилась, пытаясь собрать свое потомство в одну кучу.
Пришлось уже в который раз устраивать новые высокие бортики.
Екатерина оглянулась на мать. Та внимательно следила за нашей работой, но пока молчала. Она пила корвалол и делала вид, что в целом, конечно же, в этом доме все нормально. И что не в ее постели вместо ребенка оказалось чучело дохлой мыши.
- С твоим появлением, в этом доме все идет не по плану! У нас никогда не было никаких животных! И я понятия не имею, что теперь делать с этим выводком! Они же никому не понадобятся! Кто возьмет себе щенка без роду, без племени? – Она в очередной раз отогнала Катюшку от Парамона, выиграв немного времени, а потом притворилась, что улыбается мне. Почти нежно. Почти ласково.
И я бы даже поверил. Кому-нибудь другому.
У этой женщины были слишком правдивые глаза, по которым все слишком легко читалось. И я прочел там свое будущее: слишком нехорошее. Меня ожидала, как минимум, парочка смертных казней. Самых жестоких. О таких даже инквизиция не подозревала!
Оставался только один прием. Опасный. Но надежный!
Я склонился над очередным беглецом, поймал запястье Кати и прижал его к своим губам. Не отводя взгляда от ее глаз, казавшихся бездонными.