Англичанин забрал листок с адресом и вырезанную из вулканического стекла чешуйку, и чуть ли не бегом направился к выходу. В его положении лучше было считать, что время уже идёт…
---------------------------------------
[1]Нергал — шумерский бог смерти, супруг Эрешкигаль.
Глава 27. Сватовство героя
Сразу из Хитроу[1] брат Абрахам направился в Ложу. То-есть как направился? У трапа его уже ждали, посадили в машину и, минуя паспортный и таможенный контроль, повезли на аудиенцию с Великим мастером.
Великий мастер встретил брата Абрахама на удивление приветливо: сам поднялся со своего места ему навстречу, усадил на стоящую вдоль стен храма[2] скамью, сел рядом, извинился за столь стремительный вызов на аудиенцию и только после перешёл к сути дела:
— Каково ваше мнение о причинах случившегося?
— Причина очевидна: брат Джозеф каким-то образом выдал себя, а этот русский… Остап, по моему, был личным учеником их Великого мастера, к тому же у них были какие-то особые личные отношения. Вот русский и психанул. Пока это всё, что я могу сказать.
— Какие-то версии причин провала у вас имеются?
— К сожалению, нет. Разве что… как я уже сказал, этот Остап был очень близок их Великому мастеру и тот мог заметить мелкие изменения в поведении, тихо провести расследование. Какие бы они ни были варвары, но Ковальчик — сильный и опытный маг, вполне мог разобраться в ситуации. Простите, сэр, я могу узнать, что говорит сам брат Джозеф?
— Обязательно, брат Абрахам! Сейчас с ним работают психологи, телепаты и аналитики. Как только удастся получить хоть какую-то информацию, вам её передадут.
— Как только?
— Так вы не в курсе? Русские смогли каким-то образом обратить операцию, проведённую для внедрения брата Джозефа. Не знаю уж, что у них получилось с этим… Как вы его назвали?… Да не важно! Главное, что сознание брата Джозефа разрушено, причём весьма оригинальным образом. Сейчас оно состоит из полутора десятков субличностей, которые, к тому же, пересекаются, разделяя некоторые воспоминания и активно взаимодействуют между собой. Причём, большей частью, далеко не мирным образом. И каждая субличность активно достраивает свою историю ложными воспоминаниями.
— Это возмутительно! Так обойтись снашим братом! — брат Абрахам даже вскочил, правда тут же извинился за свою вспышку.
— Вам не за что извиняться и вы абсолютно правы! — решительно заявил Великий мастер. — Но сейчас, пока у русских на руках та запись, о которой вы сообщили, мы не можем ничего предпринять. Даже устранить Ковальчика, потому что нет гарантии, что он не предусмотрел механизм автоматического обнародования этой записи в случае наших ответных действий.