– Любушка! Постой! Иди сюда! – окликнула родительница. – Смотри, я тебе кофточку шикарную присмотрела!

«Блин, ну как всегда – бабья прелесть! – скривилась Люба, едва увидев длинную закрытую объёмную серую кофту из пушистой шерсти, расшитую бисером. – Сэро опять оборжётся!»

– Александра Григорьевна, ну что вы! Это не для молоденькой девчушки вещь, а для Вас, – улыбнувшись, тактично заметила торговка. – Школьницы в таком не ходят. У них своя мода. Стоит ли дочку в неудобное положение перед ровесниками ставить?

Люба выдохнула: «Хоть кто-то меня понял!»

– Зато спина закрыта! И грудь. Не простудится!

– Ой, да ладно Вам, Александра Григорьевна! В школу сходите да молодёжи это расскажите! Заодно посмотрите, как они Вас послушают! – рассмеялась хозяйка палатки. – Зачем же совсем юную девочку, только начавшую жить, в бабу взрослую рядить? Красоту портить! Согласна, Люба?

– Э-э-э-э… Ну да. Вы правы. – Тихоня удивлённо посмотрела на торговку, которую видела впервые и точно знакома не была.

Женщина, поняв причину удивления, улыбнулась.

– Мои дети с тобой в одной школе учатся. В 10 «Д». Мальчики-близнецы. Ибрагимовы. Сэро и Имир. Знаешь их?

От неожиданности услышанного кровь прилила к Любиному лицу. Уши загорелись алым пламенем. Десятиклассница, раскрыв рот, вытаращила глаза: «Ни за что бы не подумала, что передо мной их мама!» Не так себе Поспелова представляла родительницу Ибрагимовых, совсем не так.

В приятной полноватой женщине, на Любин взгляд, не было ничего цыганского. Синие глаза. Невысокая. Немного смуглая кожа. Круглое миловидное лицо. Современная и ухоженная дама. Макияж, маникюр – всё при ней. На ногах – дорогие, качественные, из кофейной кожи, полуботинки на среднем каблуке. Зауженная юбка из светлой джинсовой ткани застёгивалась на железные пуговицы от верха до низа и доходила лишь до середины ног, демонстрируя окружающим качественный, плотный, совсем не дешёвый капрон. Верх – приталенная шубка из короткого кремового меха. Длинный прямой пепельный волос подвязан в тугой конский хвост. Голову вместо платка элегантно опоясывал тонкий кашемировый шарф цвета увядшей розы. Лала, видя, как её разглядывают, скромно опустила умные внимательные глаза и чуть улыбнулась.

– Они на Вас совсем не похожи! – не удержавшись от шока, выпалила девочка.

– Совсем не похожи, точно! – согласилась торговка, нежно прищурившись и слегка качнув головой; длинные золотые серёжки в ушах чуть дрогнули. – Мальчики мои – вылитый Алмаз. Особенно Сэро – он даже шальным нравом в папку пошёл! Мою внешность только Роза взяла. Остальные детки смешали нас обоих.