Стало ли мне стыдно за родственниц?.. Разве что чуточку. Ну не могу я сочувствовать тому, кто умеет соблазнять одним только взглядом!

– Но знай, Элеонора: я не жалею. Я рад, что у меня есть такая талантливая дочь. И безумно счастлив, что отыскал тебя вовремя и забрал в школу.

Вспомнив, как он спас меня от группового изнасилования, я содрогнулась. И все же тогда он слишком страшно разобрался с парнями… Радикально, до смерти.

Будто читая мысли, Зиновий тихо произнес:

– Не жалей уродов, ты была не первой их жертвой. Другим не повезло, могилы несчастных так и не нашли.

Несколько секунд мы молча глядели друг на друга. Ненависть, страх ушли. Осталось уважение ученицы к учителю.

А ведь Зиновий точно Садовник. Из полукровки вырастил высшую амори…

В сердце зажегся огонек благодарности.

Демьян прокашлялся.

– Простите, нам с Элис пора ехать.

– Разумеется. Элеонора, позволишь, я помогу надеть знак?

Впервые я слышала просительные ноты в голосе Зиновия. Так необычно… и уязвимо. А еще все эти комплименты в адрес моих способностей… ох!

Что-то во мне дрогнуло.

Я посмотрела на Демьяна, деликатно не влезающего в мой разговор с учителем, но все это время служащего мне надежным тылом, щитом, за который можно спрятаться в случае опасности.

На мой молчаливый вопрос он пожал плечами: мол, твой выбор, не препятствую.

Перевела взгляд на проверенный врахосом кафф.

Да, я высшая амори. Но важно, чтобы все сидхе это видели.

– Да, помогите мне с каффом.

Садовник аккуратно разместил его на моем левом ухе. Отошел на два шага и слегка наклонил голову, словно любуясь.

Хм, кафф на мне, но пока ничего не ощущаю…

– Девочки такие девочки, – протянул Садовник с легкой грустью. – Доверчивые.

За ухом словно пожар вспыхнул.

И я потеряла сознание…

* * *

Коварство сидхе не знает границ!

Я открыла глаза с этой мыслью.

И где я? Над головой – белый потолок с красивой люстрой на пять плафонов в форме лилий.

Чуть приподнялась на локте и огляделась.

Большая светлая гостиная с двумя лимонными диванами. Я лежу на одном из них, укрытая клетчатым пледом.

За ухом слегка жжется.

Потрогала осторожно.

Кафф на месте. Снимается легко и больше не фонит магией, то есть со своей задачей справился, передал мне заклинание – метку высшей.

Можно со спокойной душой отправить в шкатулку для драгоценностей и надевать, когда Александра опять будет работать с сидхе, чтобы подчеркнуть свой статус.

А еще, как только доберусь до зеркала, взгляну на знак.

Пока никакого подвоха.

Провела самодиагностику – с каналами и резервом все в порядке.

Тогда почему мне стало дурно? Или после нанесения меток всегда так? А может, виноват стресс?