Напоследок еще несколько раз обошел пещеру, обшаривая каждый закуток, и посылая мысленно новые порции лучей добра животным, точнее их предкам, которые облюбовали добротное помещение лет сто назад, судя по кучам помета. И хорошо, что скелет проредил популяцию.

Вернулся на корабль. Небо хоть и стало светло-серым, но тучи не спешили расходиться. Все также накрапывал дождь. Маневры теперь мне давались значительно легче, без всякого труда я перелетел к лесу. Отметил, что количество тоуля уменьшилось на 5%. Решил, после того как разберусь с оружием, думать, как выбираться в цивилизованные места и куда. Уэстленд, учитывая Чапмена, тоже не вариант.

Почистил плащ, несмотря на изрядное количество дыр, нацепил. И был доволен, ничего лучше поблизости не наблюдалось. Еще в душе благодарил сам себя, что, несмотря на произведенные четыре выстрела в нежить, ни разу не угодил в винтовку. С этими мыслями вновь достал ее из чехла.

И удобная, в руки ложилась, как влитая. Поповорачивался, несколько раз вскинул прицеливаясь. Отлично! Просто замечательно! Редко такое бывало, когда смотришь на вещь, держишь ее в руках и чувствуешь — это мое. Оно настолько твое, что удивляешься, как раньше ощущал себя полноценным? Ведь вот она, твоя часть, вновь обретенная.

Красавица моя!

Ненаглядная!

Она оказалась в превосходном техническом состоянии. Будто скелет за ней бережно ухаживал все это время. С другой стороны, может и числился за ним такой грех, зачатки интеллекта имелись, чем ему еще там заниматься? Представил себе картину, как в черной-пречерной пещере, черной-пречерной ночью сидит, понимаешь, нежить, и начищает для меня винтовку. Улыбнулся, прогоняя лень, и разобрал, почистил, собрал.

А все-таки Даниель Дорг знал толк в оружии, понимал и его истинное предназначение. Это не блестящая, будто уличная проститутка Нью-Хевиша, предающая тебя с каждым лучом солнца, то есть штука для красоты, а серо-стальной не дающий бликов инструмент настоящей войны, выпивший немало крови, отнявший немало жизней. И он сделает это еще, и еще. Уж я постараюсь. Десять тысяч членов в «Стальных волках», как бы намекали…

Еще у винтовки имелось хитрое посадочное место под штык. Для меня бесполезный. Не Первая мировая вокруг. И не Восточный фронт.

Отстрелял прямо с борта в небольшое дупло толстенного дуба пять патронов. Прицел вроде не был сбит, все туда положил, куда хотел, даже немного удивился.

Не удержался и потратил еще пять. Уже наслаждаясь процессом.

Винтовка била мощно, долбила гулко, говорила басовито. Отдача слабая, я рассчитывал, что будет сильнее и значительно. От дерева отлетала толстая кора и щепки.