Выстрел заставит наблюдателя, отпрыгнуть или отшатнутся в сторону. Неважно влево или вправо, но в любом случае он не сможет не наступить на любую из четырех досок, каждая из которых насаживала двадцати трехмиллиметровый снаряд в трубке капсюлем на острый отточенные гвоздь. Знаю — примитивно, знаю, что просто. Главное — действует, остальное же — от Лукавого. Еще пара таких же сюрпризов калибра поменьше находились на корме. Начинается паника, шум, гвалт. Я тем временем начну планомерный отстрел, меняя заранее подготовленные позиции. Но как обычно…

Не знаю или я в этом был виноват… но когда наблюдатель зачем-то отшатнулся назад, я видел, как с его стороны взметнулась вспышка, затем до меня донесся звук взорвавшегося снаряда, а потом вдруг как-то одномоментно, разом полыхнуло все судно. Пламя взметнулось, пусть не до небес, но метров на сорок минимум. Что удивительно, однако звука взрыва не было слышно, лишь пламя ревело, гудело. Жар в несколько секунд стал таким, что даже меня, несмотря на расстояние около пятидесяти метров обдавало горячими волнами.

Все это произошло в какие-то секунды, а затем, я довернул пушку, вжал приклад изо всех сил в плечо, и выжал спусковой крючок, поймав по линии ствола рубку. Грохнуло до звона в ушах, приклад, едва не вывернул мне плечо. Сдавленно матерясь, я отметил промах. Сам уже скатываясь назад в канаву от ручья, по пути прихватывая винтовку. Полз изо всех сил. Как раз, когда из-за камней вскинул ружье, отметил сначала длинную вспышку, метнувшуюся из верхнего ствола орудия, а затем тяжелые пули перепахали место, откуда я вел стрельбу.

Катер уже начал подниматься в небо, пулеметчик в запале всадил еще несколько пуль рядом с тем местом. Я же тщательно прицелился, совмещая фигуру, мушку и целик, затаил дыхание. И…

Бабах!

И зашипел от боли, когда по плечу, пусть и не сильно, но ударил приклад.

Попал ровно, как и рассчитывал, в грудь, стоящего ко мне чуть боком пулеметчика, он сейчас подался вперед, высматривая дело рук своих. Еще до того, как тяжелая пуля отбросила мужика назад, я каким-то образом чувствовал, что попал. Угодил, как нужно! Засадил, как надо! И больше не смотрел в его сторону, передергивая затвор, выбрасывая гильзу и загоняя в патронник новую возможность, подарить кому-то отпущение всех грехов.

Прицелился в человеческий силуэт в окне рубке и сразу выстрелил. Затем второй раз, третий… Пустой!

Быстро попятился назад, вновь в полуприсяде рванул к последней позиции. Здесь упал на спину, принялся заряжать винтовку. Я видел, как сторожевой катер, вдруг завалился носом вперед, и устремился к земле, в сторону продолжавшей гореть факелом «Сюзи». Врезался в нее, успел, прежде чем его объяло пламя, повернуться вдоль своей оси. А потом вновь взрыв и…