– Ну, хоть одно здравое решение. Странно, что она ничего не подсыпала в еду за время пребывания с нами.
– Ты за кого меня принимаешь? Я ей сразу сказала, что она будет пробовать все блюда.
– Ну, это, конечно, сразу меняет дело.
– На самом деле в шестнадцать лет готовить так, как это делает она – это искусство. Может быть надо двигаться в этом направлении?
– Двигаться надо в направлении домой. Меня не вставляет ходить по лесу, месить ногами снег и делать вид, что мне нравится рассматривать деревья.
– Это полезно. Причем всем. Твоя сыночка-корзиночка уже с трудом залезает на диван. Как его еще заставить ходить? Короче, не отвлекай меня. Нам нужно найти точки соприкосновения.
– В таком случае, нам нужны прыщи. Думаю, Арину сейчас волнует парочка на лбу. Давай нарисуем их себе, и нам сразу будет о чем с ней говорить.
– Я имела в виду использовать то, что у нее хорошо получается, а не то, что ей неприятно. Но, возможно, в одном ты прав. Надо как-то незаметно подсунуть ей какую-нибудь мазь от прыщей. Хотя нет, мне кажется она не комплексует от них. Блин. Все сложно.
– Ты слишком зациклена на чужом человеке. И сама создаешь нам сложности.
– Это тебе сейчас так кажется. Короче, нам нужно что-то реально общее, и это не готовка новогоднего стола и не украшение елки.
– Точно, нам нужны прогулки втроем. Кто кроме нас еще будет месить снег двадцать восьмого декабря? У людей же совсем нет хлопот, – все так же, не скрывая сарказма, выдает Полуянов.
– Может предложим ей слепить снеговика? Нужно какое-то общее занятие. Но не такое, в котором она превосходит меня или тебя.
– Ну, конечно, лепка снеговика самое то. Думаешь она тебя здесь не сделает как с готовкой? Не, теть Наташ, она нас сделает. С ее здоровой поясницей снеговик быстрее приобретет туловище, нежели его сварганят люди нашего возраста.
– За свою спину говори, дядь Саш. И вообще-то снеговик считается завершенным, когда все части его тушки на месте. А для этого необходимо кое-что длинное, крепкое и стоячее, то чего нет у Арины, – воодушевленно произношу я, не скрывая улыбки.
Мы оба замедляемся, увеличивая расстояние между нежелающей идти с нами на контакт девчонкой. Шерстяной, желая сохранить свои жировые складочки на законном месте, аналогично замедляет шаг, желая примкнуть к отстающим нам. Была бы его воля, он наверняка бы залез на руки к кому угодно, лишь бы не трясти жировым запасом. Полуянов останавливается, переводя на меня взгляд.
– Длинное, крепкое и стоячее, чего нет у Арины, но есть у нас. Впервые не знаю, что сказать. Это намеренный акт вандализма с твоей стороны за то, что ты не можешь пока заполучить мою фамилию в паспорт, или ты просто хочешь одолжить мой член, для того, чтобы приделать снеговику вместо хрена, чтобы уесть Арину? Если второе, смею тебя огорчить. После того как его одолжить, будет проблематично его пришить в том виде, в каком он был изначально.