Гук поставил задачу отбить Пожарище и постараться продвинуться вдоль северной окраины, чтобы зайти в тыл центральной группировке рейдеров. По его предположению, это заставит их отступить на запад. Если мы овладеем большей частью города, то при наличии тех сил, которые Гук рассчитывал получить к вечеру, отбить Полынник прихожанам будет проблематично. Им придётся начинать всё заново, но кто знает, как оно сложится дальше. Вечно топтаться на одном месте Контора не сможет, это чревато волнениями в жилых блоках. Там уже и без того народ задаётся вопросами, почему мы до сих пор не отогнали прихожан до их поганой Прихожей. Нарыв созрел, пришла пора вскрывать его, или он лопнет сам и создаст проблемы здоровой части организма.

Для начала пришлось заняться историей.

В местной Википедии я нашёл несколько статей на тему войн с Водоразделом и Прихожей. Их было три. Самая долгая и разрушительная случилась как раз во время Разворота. Именно из того времени и мой танк. Призом в войне должны были стать угольные шахты. Бои велись практически по всему Развалу, бойцы из Водораздела и Прихожей доходили до Западных ворот и Резервной станции. Они подчинили себе несколько постов, но захватить Загон не смогли. Власть взяла Контора, собрала в кулак разрозненные группировки Территорий и отбросила прихожан за город.

Через несколько лет уже Загон пошёл в атаку. Удар был неожиданный, а сама война получила у доморощенных историков название Семичасовой. Борьба шла за Полынник, как и сейчас, полководец, разумеется, Мёрзлый. Собрав ополчение и укрепив его штурмовиками, он ночью подошёл к водонапорному комплексу и перебил охрану прихожан. Других отрядов противника на тот момент в Полыннике не было. Продолжая развивать успех, Мёрзлый на блиндированной площадке выдвинулся к Прихожей. Там поднялась паника, и после нескольких выстрелов из гранатомёта прихожане согласились подписать мир, по которому отказывались от притязаний на Полынник и окрестные территории. Как тут не согласиться, если враг у ворот? Плюс к тому загонщики получили разрешение выставить сеть внешних постов на границе с Прихожей, за которую прихожанам заступать запрещалось. Сделано это было с одной целью: ограничить возможности прихожан вести охоту на тварей. Мёрзлый так прям и заявил: «Пусть сами себя сушат!». Учитывая, что единственной валютой в торговых сделках с Землёй и с Загоном за поставляемый уголь являлись наногранды, это ставило Прихожую на грань банкротства. Чего, собственно, Контора и добивалась.

И просчиталась. На Земле нашлись спонсоры, и в Прихожую рекой потекли наёмники и оружие.