У дерева сидел третий. Я заметил его не сразу, сначала почувствовал. Заскребло под ложечкой, словно перед казнью, и только тогда приметил бугорок. Рейдер прижался к стволу, буквально слился с ним. Но это не снайпер, скорее, марксман вооружённый штурмовой винтовкой с армейской оптикой. Камуфляж мультикам делал его почти незаметным, особенно на дальнем расстоянии. Неудивительно, что он такой неприметный.

С дозорными связались по рации. О чём расспрашивали, я не разобрал, слишком сильные помехи, но весельчак сообщил, что «тот тупой загонщик, видимо, разжился парой извилин и свинтил обратно на станцию».

Какой самоуверенный рейдер. Но пусть будет так. Я подобрал половинку кирпича из-под ноги, примерился и метнул в марксмана. Кирпич угодил в висок. Стрелка повело, он выронил винтовку, вскрикнул. Из будки выглянул рейдер.

— Ehi Dino, cosa è succ…

Кошачьим шагом я выпрыгнул из-за угла и всадил нож ему под подбородок. Дёрнул на себя обмякшее тело, отбросил в сторону. Второй рейдер сидел за столом. На моё появление он отреагировал крайне оперативно. Вскочил, толкнул на меня стул и метнулся к лежащей на топчане винтовке. Не дотянулся чуть-чуть. Мелькнула мысль, что он под дозой, но нет, видимо, хорошая подготовка. Я перехватил его за запястье, вывернул руку до костного хруста, и на первой же ноте крика всадил нож в грудь. Всё, как учил Андрес.

Вот тебе иidiota . Сам-то теперь кто?

Вышел из будки и уже неспеша подошёл к дереву. Стрелок был жив. Кирпич угодил не в висок, а на два пальца выше. Мозги встряхнуло порядочно, но не смертельно. Придётся доделывать вручную.

— Non c’è bisogno… — прохрипел стрелок.

Его мольба напомнила смерть Внука. Тот тоже просил: «не надо, не надо». Но его не услышали.

Уподобляться пшеку я не стану. Нет никакого удовольствия в том, чтобы доставлять мучения поверженному противнику. Один удар…

Снова ожил планшет. Да что ж вы никак не отстанете. Звездуну не терпится обрадовать меня какой-то новостью? Или это опять Алиса со своими претензиями?

Сообщение было от Гука.

Дон, ты дурак.

Ещё один. Двое отозвались обо мне неподходящим образом, и сдохли. Гук… От Гука стерплю. Он мой крёстный, да и вообще нормальный мужик. Если он назвал меня так, значит, было за что.

Чего опять я сделал не так?

У нас был договор с прихожанами: вдоль железной дороги не воюем. Ты его нарушил.

И чё? Его так и так пришлось бы нарушать. Ты сам говорил, что больше не будешь пропускать составы в Прихожую. Угадай с одного раза, через сколько часов рейдеры захотят взять железку под контроль и ударят по станции?