Парни-ученики от иворской мафии стоят в данный момент рядом. Поэтому сразу насторожили уши, не сболтнет ли чего он подозрительного насчет доверительных отношений, установившихся между нами.

Поэтому я принял удивленный вид и сразу сурово отшил шапочного приятеля, заявив, что сегодня не буду его парить, не до этого мне.

И отошел от удивленного стражника с почти упавшей челюстью как можно дальше.

Не хочу пока рисковать даже в мелочах, ибо настрадавшиеся от меня ученики с визгом понесутся докладывать бандитам про мои разговоры с дуриком, то есть, стражником.

Но вскоре отправил учеников заготавливать дрова и, тщательно просмотрев клиентов, не заподозрил в них никого из людей Крона. Позвал серьезно недовольного подобным отношением стражника в парилку, где быстро извинился перед ним, объяснив, что не могу никак при соглядатаях от Крона находиться с ним в слишком приятельских отношениях.

Стражник-писарь все понял, но пришел ко мне он совсем по другому вопросу.

Между сменами веников он спросил меня о том, почему я интересовался охраной и в каких именно домах стоят стражники.

«Ясно, парень писарь не глупый. Вспомнил наш разговор и решил прояснить мой интерес, типа, не пора ли звать Стражу к такому интересующемуся. Может уже ждут „дурики“ снаружи итогов разговора», — ну, я уже себе нагоняю.

Быстро подумав, я решил упростить себе жизнь и заодно реально помочь своему новому приятелю продвинуться по службе. Хотя бы именно, как спасителю семьи Директора Стражи. Куда он там из старших писарей в местной страже может продвинуться по своей служебной лестнице, я не знаю. Но вполне может помощником Директора оказаться назначен по хозяйственной части, например, как особо грамотный человек.

— Я тебе сейчас кое-что скажу, не удивляйся и не переспрашивай. Я знаю о готовящемся преступлении, поделюсь с тобой таким знанием, только здесь нигде не могу подобное сделать. Следят за мной постоянно и в бане, и на улице люди Крона. Приходи ко мне в девять ночи к дому, где я живу, — я назвал ему адрес, где квартирую.

Еще объяснил, как найти окно, куда придется постучаться.

— Дело очень серьезное, я не хочу, чтобы страшное преступление произошло, поэтому помогу людям спасти свои жизни и тебе сделать карьеру заодно. А теперь, когда выйдем из парилки, заплати мне двойную цену, как будто только деньги ты меня и соблазнил, — закончил я разговор и перестал махать вениками.

У входа в парную приятель выплатил мне пару серебра вместо одной монеты, а я громко похвалил его. Таким образом объяснив всем, что попасть вне очереди ко мне в парную всегда можно за двойную плату. Что интересно, в течение дня ко мне еще два раза подошли клиенты и за повышенную плату попали на особо сильные веники в парилку без очереди.