Подгоняемый постоянно холодом и голодом, поэтому бегом бежал всяко быстрее меня.

Но весомые преимущества моего передвижения я ощутил сразу, как только развел в подходящей расщелине костерок, который подкармливаю небольшими щепками, и сварил себе, как смог, кашу с мясом. Или, скорее, просто размягчил крупу и сушеное мясо в очень горячей воде, так как здесь вода уже не кипит.

Сверху я прикрыл расщелину обоими плащами и смог какое-то время наслаждаться теплом костра. Проглотив горячее варево, я снова наполнил котелок водой, оставив немного в бутыли на ночь.

Учитель мне рассказал, что ручьи, бегущие с гор, попадаются довольно часто, поэтому проблем с водой у меня не будет. Снова нагрел котелок градусов до пятидесяти, отметив, что на такие вечерние хлопоты ушла примерно пятая часть моих дров и засыпал в воду крупу на завтра. Под спину я положил мешок, в котором разложил часть поленьев для изоляции от холодной, каменистой земли. Надел в относительном тепле нижнее белье из козьей шерсти и свежие валяные носки из комплекта для разведки, нахлобучил шапку поглубже, завязал ее на подбородке. Ноги напоследок засунул в освобожденный от вещей рюкзак и застегнул его.

Завернулся в оба плаща, осторожно затащил в область живота нагретый котелок и, фигурально говоря, обвился вокруг него, как источника приятного тепла.

День оказался трудный, я прошел около двадцати километров по каменистым землям с большим грузом на плечах, поэтому сразу же уснул без задних ног.

И проспал часов шесть прежде, чем холод беспощадно охватил мою спину и заднюю часть бедер, тогда передвинул еще теплый котелок за спину и так проспал еще пару часов, пока не понял, что уже сильно замерз.

Температура окружающего воздуха опустилась градусов до пяти, пар вырывается у меня изо рта, пришлось разжечь еще раз костерок, нагревая на нем котелок парой поленьев. Я сложил небольшой очаг из высоких камней, укрепил эти камни другими, поэтому мой котелок очень удачно входит в сам очаг, позволяя греть его довольно эффективно. Сам я сделал десятиминутную разминку, пустил кровь по телу и согрелся, пока нагревается котелок и пара камней, которые я потом положил в рюкзак и себе под зад. Такая мера дала мне возможность проспать еще три нужных часа, когда я, проснувшись снова от холода, проглотил едва теплую кашу, разобрал свой деревянный матрас и пустился в путь.

Но сначала я залез повыше, где спрятал арбалет и связку болтов в одной из щелей недалеко от места своей стоянки. Теперь таскать еще и эти, не особенно нужные на перевалах тяжести, показалось мне слишком большой роскошью в настолько трудное время.