— Да, — кивнул мужчина и поставил стакан на стол.
Гнев поднялся откуда-то из живота и жаром заполнил грудь. Я была в таком бешенстве, что даже сжала кулаки, чтобы не схватить что-нибудь в ярости и не разбить. Не в моей привычке бить от злости посуду, но, оказывается, иногда и мне очень хочется.
Вот почему все повторяли эту фразу… Понавешали свои магические ярлыки! Без меня меня женили! Ну или замуж выдали практически, как иначе это назвать? А меня. Никто. Не. Спросил!
— С какого бока я вообще с ним пара⁈ — прошипела, чувствуя, как меня трясет. — Кто так решил⁈
— Это решение богов, — тихо ответил Макс, словно пытаясь успокоить меня своим тоном. Ага. Ща-аз!
— Какое мне дело до ваших богов⁈ — возмутилась. — Какое им до меня дело⁈
— Истинные пары редки, — сказал мужчина и посмотрел мне в глаза. — Ты полюбишь его. Вы созданы друг для друга.
Мне захотелось выйти из дома и громко закричать. Так, чтобы было слышно везде. Выпуская гнев и боль. Но я продолжала стоять, сжимая кулаки до появления лунок на ладонях от впившихся ногтей.
— Да плевать я на это хотела! — не выдержала и ударила рукой по столу. — Я вообще не из ваших чертовых миров!
На фоне моего крика из-за слишком сильных эмоций спокойный голос Макса особенно остро отражал конфликт.
— Вы расположены ко мне только из-за того, что увидели мое лицо, — произнес блондин.
— Да при чем тут это⁈ — воскликнула, глядя на него. — Это какое-то великое дело? Запрещено на уровне магии? Из-за этого между нами связь хайсарши и хайрэна?
Я уже не помнила, что произошло раньше — соединение связи или то, что я увидела хранителя без маски. И сейчас была не в состоянии шерстить воспоминания.
— Нет, — терпеливо ответил он. — Связь хайсарши и хайрэна — магическая печать выбора маской хозяина. Она… не снимает защиту, если вы увидели лицо раньше.
— Какая… — выдержала паузу, пытаясь собраться с мыслями. — Какая вообще печать? Я ничего не понимаю.
— У служения масок нет срока, — произнес хранитель. — Мы принимаем на себя печать навсегда. Снять ее может лишь князь. Единственный способ выбрать для себя пожизненный объект — это принять связь.
С трудом напрягла мозг, чувствуя навалившуюся головную боль. Вспомнив события раньше, услышала в голове собственный ответ Максу: «Я принимаю тебя, мой хайрэн».
— Но я-то откуда это знала? — оперлась о стол руками и прикрыла глаза, пережидая пульсирующее ощущение в висках. — Я же тогда сама тебе ответила.
И главное, тут же об этом забыла, словно это абсолютно нормально — разбрасываться странными фразами и идти дальше. Чертов Хан. Его работа? Не слишком ли он много себе позволяет? Надо было все-таки идти к магистру Ларриэлю, чтобы он урегулировал этот вопрос. Ну, прошлое не изменить, значит, стоит сделать это по возвращении.